Очередь

Наследие | Волчья Песнь

Объявление

Новости форума




2 декабря 2017 г.
Уважаемые гости и игроки!

Форум снова готов продолжать игру! Можете смело регистрироваться и писать анкеты.
Внимание! На форуме нет и не будет рекламы!
Просьба также ознакомиться с новыми сроками на отпись игровых постов в правилах форума. Уведомляем, что профили с форума, которыми вы играли до момента заморозки, удаляться не будут, даже если вы не планируете вводить их в игру. Даже если вы не хотите ими играть. Даже если они мертвы. Те, кто не отметился в перекличках, перенесены в неактивных пользователей.
Исключениями остаются профили, не подавшие в срок анкеты и отсутствующие на проекте более трех месяцев. Мы постарались сделать для вас наиболее гибкие условия для нахождения на ролевой ^_^
Желающим присоединиться к нашему коллективу просьба ознакомиться с акциями на нужных в игру персонажей С:


В игре


Дата и время
---------------
17 день, 9 луна (месяц Первого Лика) 31 года
15:00 - 18:00

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наследие | Волчья Песнь » Верхний Тэмен » Лагерь Инноваторов


Лагерь Инноваторов

Сообщений 31 страница 60 из 91

1

http://clickscreen.ru/screens/5/34217475.png
Скрытая среди холмов пещера, служащая местом для ночлега и сборов волков-Инноваторов.

Ближайшие локации:
- Восточный берег (Верхний Тэмен)
- Чистый пруд (Верхний Тэмен)
- Туманная изгородь (Верхний Тэмен)
- Тэменские джунгли (Верхний Тэмен)

0

31

Пожалуй, действительно, возможность вновь почувствовать себя живой была совершенно невозможна. Лилит уже начинала понимать, что Минерву так просто не обхитрить, пожалуй, от неё ничего нельзя скрыть. Эта волчица умеет читать мысли, тут если захочешь ничего не скроешь. А Лилит пока слишком уже не дотягивала до образа искренней и бескорыстной, каким был Кира. Лаки была права - этот белый волк действительно был особенным. Хотя будь на то воля Лилит - она бы дала клеймо и Лаки, все-таки, что-то было у этой парочки фанатично общее. Видимо, именно это и свело их вместе, они как нельзя подходили друг другу.
Возможно, рыжей никогда не суждено вновь вздохнуть, но разве воспоминания не подарят то ощущение, которого сейчас не хватает Лилит? Пожалуй, это одно и тоже. Возможно.
И когда уже Минерва решит, что пришло время Лилит узнать о своем прошлом? Стоит попытаться отвлечься, ожидание было слишком уж невыносимым.
Бывшая травница внезапно ощутила внезапную усталость. Это уже была не та физическая истощенность, которую рыжая чувствовала в то время, пока добиралась до Инноваторов. Скорее усталость информационная - слишком много нового, много новых знакомств, новых эмоций. Рыжая, как и все мертвые, никогда не спала, но иногда на неё накатывало желание побыть одной, переварить всю полученную информацию.
Но не сейчас. Пожалуй, еще слишком много важных вещей остались не услышанными, не понятыми. Лилит чувствовала, что еще рано просить пощады в виде уединения.
Лилит слушала рассказ Лаки, в то время разглядывая Лэдженда. Интересно, участвую ли сами орлы в выдумывании имени? Может, голосуют вместе со своим волком или еще там что-нибудь. Должно быть забавно.
Лилит повернула голову в сторону шума, а Лаки не замедлила пояснить, что произошло.
- Это от одного Тигра столько шума? - Лилит весело, но устало улыбнулась. - Тогда придется мне с ним не сладко.
С Тигром познакомиться надо. Судя по тому, что Лилит поняла, с этим волком ей придется проводить много своего времени, как и ему с ней. Наверняка он станет теперь её проводником, а значит меньше времени придется проводить с Лаки. Не слишком хорошая новость, но Тигр может оказаться не хуже.

+1

32

пост не учтен системой

Для Лилит
Пустынный Тигр (ведущий персонаж), Лаки, стая

С обхода границ Тигр всегда возвращался под ночь. Его всегда сопровождала двойка или тройка спутников - волков разных окрасов, крепких и подтянутых. Инноваторы должны тщательно осматривать свои территории, чтобы не попадаться на глаза кому не надо. Поэтому, если где-то встречался враг (а врагом можно считать мертвоземцев), начинались развертываться чуть ли не боевые действия. Хотя, в конечном итоге чужак либо был завербован, либо убит - Минерва очень трепетно относилась к знанию об Инноваторах и не позволяла им распространяться. До последних событий.
Перед волчицами предстал крупный, но не самый здоровенный и мощный представитель волчьего мира бурого окраса, что в сумраке казался темным, почти черным. Левый его глаз был перечеркнут довольно большим драным шрамом - видать то был зверь покрупнее самого Тигра, сами глаза были цвета темного индиго. Сопровождающие не стали задерживаться дольше положенного и, получив разрешение в виде одобрительного кивка, отправились по своим делам.
- Здравствуй, Лаки, - почтительно поздоровался Тигр, подойдя поближе к приблизившимся волчицам.
Завидев две белые фигуры по ту сторону Чистого пруда, волк хмыкнул, косо улыбнувшись. К воркованию Минервы с ее фаворитом он относился более чем спокойно, хотя бы потому, что уважал ее выбор, да и к самому Нео относился довольно хорошо. К тому же, он был другом самой Лаки и больше уделял внимание ей, чем командованию. Может сложиться впечатление, что Инноваторы были двумя объединенными небольшими стаями, где каждый выполнял свою роль и в то же время мог чувствовать себя свободным, ни от кого не зависящим. То были просто группа друзей, воспитанные каждый в своих условиях.
- Как ни приду, вечно они ходят обжимаются, - усмехнулся Тигр и вздернул вверх морду.
Буквально в трех метрах над волками пролетела огромная орлиная туша, следом за которой тут же взлетел Лэдженд. Обе птицы, увлеченные то ли игрой, то ли чем более серьезным, исчезли за деревьями на западе.
- Гайя сегодня не в духе, - уточнил Тигр, кивнув на скрывшихся за кронами птиц и взглянул на Лаки, которая осторожно прильнула лбом к его щеке в приветственном жесте. - Пусть развеется, пока есть время. Завтра работы, говорят, много.
И взглянул на новенькую волчицу.
- А это у нас кто? - у него было подходящее настроение - задорное, как у Нео, но из его пасти это все казалось каким-то... жеванным.
Пустынный Тигр был воякой, частенько его шутки сквозили чернотой, но то были отклики его насыщенного прошлого. В общем, голос звучал грубовато, но в интонации не было ни капли грубости.
- Я не поздоровался, - одернул себя Тигр, на мгновение прикусив губу и отведя хмурый взгляд, словно бы корил себя за это; но тут же вновь обратился к Лилит, улыбаясь одними уголками губ. - Меня зовут Эндрю. Буду рад познакомиться, если назовешь свое имя, волчица.
Покосился на Лаки. Та села рядом с ним, прикрыв глаза и улыбаясь - все как обычно.

w

+1

33

Некоторое время, казалось, Тигр не замечал никого, кроме Лаки. И сама волчица вежливо поздоровалась с хищником, в то время как над волчьими головами проскользнули два орла. Лилит невольно вздрогнула, проводив их взглядом. Не легко живется, когда у тебя над головой летают такие огромные птицы. Но ничего, еще будет время свыкнуться с постоянным присутствием летающих хищников.
Рыжая волчица же пока попыталась сосредоточиться на Тигре. Волк выглядел довольно спокойным и сосредоточенным, не смотря на то, что находился дома. Видимо, это особенность всех воинов - умение держать себя в лапах, и всегда быть готовыми ко всему, и ко всем неожиданностям.
Вояка был довольно крупным, бурым, с уродливым шрамом. Лилит решила, что будет вести себя настороженно с ним. Тигр не выглядел агрессивным, но с ним стоит держать ухо востро.
Улыбнувшись волку, услышав вопрос в свою сторону, она коротко кивнула.
- Очень приятно, Эндрю, - да, странно было предположить, что Тигр - это действительно имя. Вероятнее всего, прозвище, данное за ярость в бою, неукротимость и бла-бла-бла. Или же за этот шрам-полоску, по аналогии с тигриными полосами на шкуре. Вот это ирония.
- Меня зовут Лилит и Кира меня судя притащил только накануне вечером.
Лаки все еще была рядом - видио, для того, чтобы смягчить конфликт, если такой завяжется. От чего-то Лилит думалось, что эта волчица служит чем-то вроде амортизатора - сглаживает все возможные неловкие ситуации.
- Минерва сказала, что ты будешь моим наставником, - продолжала Лилит. Она бы могла предоставить возможность Лаки говорить - все-таки её знали лучше. И тем не менее, Лилит не хотелось показаться беспомощной, не хотелось, чтобы за ней постоянно кто-то ходил и помогал во всем разобраться. Хоть что-то она может сделать сама, хотя бы познакомиться с новым провожатым.
- Судя по тому, что ты только пришел - ты вряд ли знаешь об этом, - рыжая дружелюбно улыбнулась, хотя улыбка по привычке чуть исказилась, став несколько лукавой. Впрочем, волчица не собиралась вкладывать в свои слова какое-либо двойное дно. Она невольно тянулась к привычной кокетливой манере поведения - это было проще, это было знакомо.

+1

34

пост не учтен системой

Для Лилит
Пустынный Тигр (ведущий персонаж), Лаки

Видеть в стане Инноваторов очередную мертвоземку Тигру было не привыкать. Он относился к этому столь же спокойно, как и к уединению Минервы с Нео, ибо все мертвые волки, что не были приведены в стаю и встречались одиночно где попало, уничтожались без всяких прелюдий. Если же мертвец был завербован кем-то из Инноваторов, значит он был свой, и так было кому-то нужно. Благо, он таких вопросов не решал - боец, в конце концов - поэтому в этом вопросе ему было все равно.
- Рад встрече, Лилит, - волк учтиво кивнул.
Что же, раз притащил Кира, значит, в волчице была какая-то искорка. Хотя зная юного Обвинителя, можно было легко подумать о том, что тот готов притащить в стаю кого угодно, лишь бы спасти их от гибели. Асуран, потом Кагари, теперь Лилит... Но Обвинителю виднее, конечно же. Читать нотации он не имел тому права.
Энтузиазм в новоприбывшей сыграл ей на руку - Эндрю любил, когда бойцы сами рвутся в бой, и их не нужно лишний раз подталкивать. Взглянул на Лаки, ожидая ее комментарии по делу, что, впрочем-то, не заставила себя долго ждать.
- Лилит уже знакома с некоторыми нашими состайниками и уже разговаривала с Минервой, - прощебетала Лаки, широко разулыбавшись. - Госпожа Минерва определила нашу состайницу в группу разведчиков, но ей нужно немного времени, чтобы освоиться.
- Ясно, - кивнул Тигр, смерив Лилит оценивающим взглядом - наверное, прикидывал, в какой из своих отрядов отправит эту волчицу. - Что же, тогда займемся постижением науки с утра. А может быть, сразу начнем с практики, если обстоятельства заставят, - в словах волка сквозило что-то странное, напряженное, несмотря на что Эндрю старался улыбаться.
Настолько странное, что Лаки чуть приуныла, взволнованно посмотрев на своего товарища. Она знала в чем дело, и ее эта ситуация нисколько не радовала.
- Отдыхайте, а я пока обсужу некоторые детали с нашим Координатором, - более бодро хмыкнул Тигр и, кивнув волчицам, не спеша побрел к пруду.
Глядевшая тому вслед Лаки обреченно вздохнула, но уже через пару мгновений вновь приобрела свою лучезарность.
- Все обязательно будет хорошо, - выдохнула синеглазая, потягиваясь передними лапами. - Ну а пока... предлагаю немного отдохнуть - наверное, твоя голова просто раскалывается от количества новой информации, не так ли? Идем, - рыжий хвост ловко юркнул в темноту уходящей вниз пещеры. - Но все же кое-что тебе еще нужно знать. Имена, - примостившись на один из камней, волчица аккуратно свернулась в калачик, положив морду на вместе сложенные передние лапы. - Пока мы здесь, мы можем чувствовать себя свободно. Но когда волки уходят на службу, среди них принято использовать "боевые" имена. Некоторые привыкли к ним настолько, что пользуются ими даже здесь: например, многие ребята обращаются к Нео по "боевому" имени - Ла Фрага. Это - своеобразное выражение уважения к вышестоящему, в то время как обращение по имени настоящему есть признак того, что тот, к кому ты обращаешься, твой друг и ты готова ему помочь. У некоторых "боевых" имен нет, поэтому их часто называют по имени их орла.

w

0

35

Тигр был сдержан, пусть и не без дружелюбия. Но нет, он не из тех, кто готов любить Лилит просто за то, что её притащил Кира и одобрила Минерва. Нет, уважение этого волка надо было заслужить, и рыжая несколько растерялась. Она ничего не умела. Охотиться мертвым нет нужды, а просто так бегать за всякими мелкими тварями, чтобы развить собственную ловкость Лилит не хотела - это не доставляло никакого удовольствия. Драк волчица всегда избегала. Она не обладала огромными размерами и физической силой, и никогда не стремилась заполучить власть. По крайней мере, общепринятыми силовыми методами. Ей всегда достаточно было с помощью лести и хитрости устроиться где-то поблизости от нагретого места.
Ты сама подписалась на все это, напомнила себе новоиспеченная разведчица. Хотя о чем это я? Мне предложили выбор: либо все забыть, либо остаться тут. Очевидно же, что по сути выбора у меня и не было.
На рыжую вновь накатила волна негодования, но внешне она осталась непоколебимой. Как не крути, а её навыки скрывать собственные чувства и играть на публику пригодятся и здесь. По крайней мере, когда рядом нет Минервы, или Киры. Он Обвинитель, наверное тоже умеет читать мысли.
- Принято, капитан, - шутливо отозвалась волчица на полуприказ, полусовет нового наставника и дружелюбно вильнула хвостом.
Если она передумает - всегда есть возможность как-нибудь да выбраться, по крайней мере, когда все начнут ей доверять.
Лилит металась от одного к другому - несколько минут назад она искренне хотела заслужит доверие окружающих её волков, а теперь вновь сомневалась в себе и в том, что все это ей нужно. Инноваторы многое могли ей дать, но хотела ли сама Лилит хоть что-то отдавать взамен?
Как бы то ни было, рыжая последовала вглубь пещеры за Лаки и села напротив, выслушивая её рассказ об именах.
- Все у вас, не как у волков, - зевнула рыжая уставше, приняв к сведению новую информацию.
Потоптавшись немного на месте, Лилит глянула на темный выход пещеры, сквозь который, если несколько наклонить голову, были видны редкие, не скрытые тучами звезды.
Возможно, когда-нибудь она отсюда сбежит. Когда-нибудь, когда ей станут доверять, когда перестанут следить за каждым её шагом, когда откроют воспоминания, когда избавят от потребности все время пить воду...
Когда-нибудь.
Лилит взглянула на засыпающую Лаки, немного помедлила, а потом вспрыгнула на камень с волчицей и свернулась калачиком рядом с ней, чувствуя тепло живого тела и размеренное дыхание спящей. О чем бы не думала Лилит, сейчас, на несколько секунд ей показалось, что она счастлива - вот так вот, лежа рядом с Лаки, чувствуя своим боком кого-то живого и не безразличного.
С этим чувством разведчица погрузилась в полудрему - не сон, привычный живым, а какой-то его аналог у мертвых. То состояние, когда мысли замедляют свой ход. Но сны не сняться. Рыжая вообще не была уверена, что знает, что такое сны.

--->> Вне игры

+1

36

--->> Вне игры

Я приоткрываю глаза и, щурясь, пялюсь сонно на солнечные лучи, пробивающиеся в пещеру. Вставать мне совсем не хочется, и я продолжаю лежать, по-прежнему не смыкая тяжёлых век. Никогда не жаловалась на жару, но сейчас в логове я остро ощущала духоту. Вряд ли я смогу заснуть. Я, приподняв медленно голову, лениво и даже сладко зеваю. Но вспоминаю, что в нашей стае даже есть... изъян? О, еще какой. Например, новенькая и, к сожалению иль даже к счастью, мёртвая Лилит.
Меня невольно передёрнуло как морально, так неровная дрожь прошлась по моему телу. "Не успела еще влиться в наш обоюдный круг, а уже заслужила доверие многих", едко, с долей подозрения отмечаю себе в мыслях. От этого неприятно сводит в животе, а я прикусываю себе язык, заставляя не хмыкнуть громко вслух. Для меня все Мертвоземцы занозой в заднице, объектом недоверия и открытого презрения. И еще усугубляло моё спокойствие то, что многие из нашей стаи - Мёртвые. Те, от которых не дождёшься ни доверия, ни защиты, но которые обязательно решат внести свою лепту и правила. Но лишь одному из живых мертвецов можно довериться здесь...
Я хорошо помнила, как Нео отзывался о мёртвых новоприбывших волках, которых я встречала не самым радушным образом. Но мне никогда не удавалось доказать обратное. Я и не стараюсь особо, потому что меня тут не выслушают, может, не поймут. А если кто и придерживается моего мнения, то их единицы. Сомневаюсь, что эти самые единицы вообще существуют.
Я не бунтовщица и не особо стремлюсь к завоеванию всеобщего внимания, но решительно, бывает, открою пасть и выскажусь. Слова мои, подобно жгучему огню, опалят морду любого мёртвого, который вздумает тут командовать. Но вряд ли моё мнение попадёт в список правильных, и мало кто со мной согласится. Это меня всегда задевает невольно, и нотка разочарования начинает играть свою противную, доводящую меня до раздражения, мелодию.
Но никогда не привыкну к тому, что буду спать и есть, находясь под одной крыше, с мёртвыми волками. Они чужды мне, и ни одного из них я не стану признавать, как своих.
Кто это вообще придумал: принимать мёртвых гостей?
Накалив до предела свою сонную голову, я окончательно встала с земли и отряхнулась.

Отредактировано Флей (2015-05-13 17:03:51)

+4

37

--->> Вне игры

Лилит не спала. Никогда не спала, и даже не хотела. Она впадала в тягучее состояние, схожее с некоторым трансом - отпускала мысли и чувства на самотек, не контролировала их, позволяла как угодно бушевать в своей голове. Таким образом она отдыхала и переключалась, но при этом сохраняла связь с реальностью.
Потому Лилит почувствовала, как поднялась Лаки и вышла из пещеры.
Рыжая волчица хотела было поднять голову, чтобы проводить взглядом волчицу, или окликнуть, хотя бы спросить у неё: а ей дальше-то что делать?
Но решила не тревожить. Просто шевельнулось ухо, насторожившись, вслед уходящей Лаки.
И Лилит вновь почувствовала себя одинокой. Ощущение было привычным, знакомым, и в тоже время не слишком-то приятным. Что не говори - к хорошему привыкаешь близко.
А рыжешкурая уже привыкла к тому, что рядом с ней постоянно кто-то находиться, няньчится, как с маленьким щенком. Непривычно, зато какое внимание.
Лилит ощутила, как чей-то взгляд прожигал ей шкуру. Подняв голову, хищница увидела Флей.
Ах да, та самая влюбленная в Киру дурочка, напомнила себе разведчица язвительно, улыбнувшись медовой улыбкой - своей дежурной, - в сторону Флей.
Только дай мне повод, и я тебя заживо сожру, мурлыкнула про себя Лилит, ощущая недобрую, но такую родную, змеиную силу, которая шевельнулась в ней. Ту самую, которую рыжая все это время так отчаянно пыталась подавить в себе, заставить мыслить по другому. Каким привычным и домашним показалось это чувство, каким знакомым! Встретило Лилит с распростертыми объятьями, вновь уговаривая бросить дурацких Инноваторов с их дурацкой затеей изменить мир.
Бывшая мертвоземка даже сама удивилась, насколько быстро она вновь эмоционально переметнулась в совершенно противоположную сторону.
Слишком закостенели старые привычки, слишком знакомой была старая жизнь. Пусть подлая, совершенно недостойная, от которой самой тошно - но сила привычки... Привычка и страх перед тем, сколько же трудностей необходимо преодолеть, чтобы измениться.
А с другой стороны, даже если Лилит решила меняться - значит ли это то, что она не должна защищать себя, если вдруг Флей вновь захочется что-то вякнуть в её сторону? Неужели теперь это значит, что ей по жизни придется быть тихой овечкой?
Ну уж нет, можно быть "чистой помыслами", и при этом показать зубы, если это понадобиться.

+1

38

Вновь ненависть, заснувшая во мне на некоторое время, пробудилась, заставляя меня приготовиться не к самому лучшему событию. Ничего другого ждать не стоит, если живёшь в одном кругу с мёртвыми, которые обожают властвовать и выставлять себя на первое место. Я же буду всегда презирать их, они, без сомнения, заслужили это. Бывают случаи, когда я плюю на мнение защитников, которые заступаются за новеньких мёртвых волков, прибывающих в нашу стаю всё чаще, и высказываюсь открыто. Наверное, поэтому у большинства волков моей стаи обо мне не самое лучшее мнение, а некоторые относятся ко мне с пониманием, принимая меня такую, какая есть. У них на это есть право, в которое я могу не вмешиваться и игнорировать. Всё равно не изменюсь ни сама, ни мнения своего.
Я вдруг замечаю, как будто кто-то пристально наблюдает за мной. От этого я нервно и раздражительно дёргаюсь телом, затем встряхиваюсь, чтобы снять с себя предполагаемый взгляд. "Они еще и пачкают мою шкуру своим взором", зло и звонко щёлкнув челюстью, думаю я. Наконец, приглядевшись внимательно, я замечаю обладателя грязного и пристального взгляда. Это была Лилит. Новенькая Мертвоземка, ставшая для меня особенной занозой в моём пушистом заду. Если бы могла, я бы прожгла её глазёнки своим взглядом, чтобы та более не думала так смотреть на меня. И её улыбка до того заставляла будоражить во мне накипевшую злость, так еще и бесила меня. Я с непривычки закусила себе язык, чтобы удержать себя от бранного выражения или же возможной атаки. Я отвожу от неё взгляд, чуть оголив клыки в презрительной усмешке, и сажусь ближе к выходу, приподнимая голову к лучам солнца, приветливо греющим мою морду. Нет, я не была спокойна даже сейчас, наслаждаясь вроде бы ласковым утром и рассвету.
- Жаль, что тебя кошмары не поглотили, - срывается с моих уст едкое и презрительное, грубое высказывание.
"Ведь второй раз ожить не сможешь, если сдохнешь во сне", смеюсь я про себя, продолжая свою же шутку в мыслях. На моей морде вновь возникла эта едкая усмешка, но к ней приписывалась непонятная улыбка. Но не каждый её поймёт, только я. И я задумала что-то недоброе по отношению к Мёртвой волчице.

Отредактировано Флей (2015-05-17 23:11:47)

+2

39

Полный ненависти взгляд. Это так знакомо! Странно, но Лилит рада тому, что встретила Флей. Отношения с ней понятны и очевидны, они такие, как в Мертвой Земле. Все тихо ненавидят друг друга, но вынуждены сосуществовать вместе. Чуть позже, у Вольных, это ненависть была несколько... Завуалированной. Вольные, в большинстве своем, походили на свернувшихся кольцом змей, готовых наброситься из засады при любом удобном моменте.
Инноваторы же встретили Лилит улыбками, чем сбили её с толку совершенно. Непривычная к таком обращению волчица тянулась к тому теплу, которое ей предлагали, но она так же и боялась этого. Новая стая требовала абсолютно изменить свое поведение и настроение, и пусть головой рыжая понимала, что это к лучшему, эмоционально это её пугало.
А теперь Флей предлагала ей нечто такое знакомое, понятное, что Лилит привыкла делать. Здесь, с Флей, поведение бывшей травницы было типичным, и в отличии от остальных, сероглазая волчица не хотела, чтобы новенькая менялась. Лилит казалось, что чем больше ерничать и злиться она будет, тем больше будет радоваться Флей - вот, она же говорила, все мертвяки такие!
Интересно, чем была вызвана подобная ненависть. Неужели кто-то из мертвоземцев когда-то плохо поступил с ней или её семьей? Или же то просто стереотип, навязанный стаей? Минерва, кажется, тоже была не в восторге от тех, кто уже давно перестал дышать.
Что же, если Флей хочет враждовать - они будут враждовать. Но Лилит не собирается опускаться до того, чтобы вступать в словестную перепалку на ровном месте. Если сероглазая хочет вывести её из себя, или как-то спровоцировать - придется потрудиться сильнее.
Лилит спрыгнула с небольшого валуна, на котором она провела ночь, и медленно приблизилась к Флей, оказавшись с ней почти нос к носу. На губах все еще была медовая, сладкая улыбка.
- Дорогуша, мне не сняться кошмары. А тебе следует быть осмотрительнее: тебя-то в омуте снов утопить ничего не стоит, - Лилит улыбнулась шире и облизнулась, будто бы перед ней была не другая волчица, а целое озеро Кхеской воды.
Затем рыжая отвернулась, махнула хвостом и выскочила из логова.
Спорить по делу она не желала. Но она будет присматривать за Флей, так же, как и Флей присматривает за ней. Будет ждать, пока живая оступиться, или сделает что-то не то.
Или же чуть-чуть подтолкнет к этому.

+1

40

Для Флей и Лилит
Эндрю

Возбужденный голос Гайи неприятно пронзил голову. Да, у орлицы вечные проблемы с настроением - ей бы только куда-то лететь, кого-то клевать и драть когтями, уж это она умеет как нельзя лучше. Забавно, что старик Лэдженд не может воздействовать на свою подружку, чтобы та, наконец, успокоилась и перестала вести себя под стать Кагари, но может быть, в том и был шарм этой орлицы? Эксцентричная, прямолинейная и нетерпеливая особа. К которой вполне спокойный и добродушный Тигр каким-то чудесным способом смог найти подход. Ему просто нравились такие личности - с ними всегда как в жаровне.
Скривив морду, Тигр разлепил глаза. Пустые места, недавно занимаемые Минервой и ее фаворитом, маякнули о том, что утро уже настало и пора собирать своих ребят. При условии, конечно, что Кира вернулся, и ему было что рассказать. Поднявшись на лапы, Эндрю отряхнулся от песка.
- Подъем, ребята, - скомандовал он громко, устремив взгляд на выход из пещеры - впереди был наверняка тяжелый день. - Жду вас на берегу.
Заметив одну из волчиц, сидевших подле выхода, Тигр поравнялся с ней и, не глядя на нее - только куда-то вперед, хмыкнул. Кажется, он понял, в чем дело: от лагеря удалялась та самая пришлая мертвоземка, которая, по всей видимости, занозой встряла меж зубов той самой рыжей волчице, что сидела сейчас рядом.
- Если боишься стать изгоем, не делай изгоев из других, - приподняв бровь, лидер группы развдеки покосился на Флей. - Она - такая же как и ты. И если будешь срывать на нее свою злобу, тогда не жди потом от нее добра. Стоит только тебе попасть в беду - и она пройдет мимо, - кивнув в сторону Лилит, Эндрю легонько улыбнулся.
Совсем незлобно, без какой-либо подоплеки, просто сказал то, что нужно было. Нельзя допускать накаляться обстановке, когда впереди важное дело.
В стороне приметил несколько фигур - да, там был Кира. Вернулся. Будет неплохо, если состав Тигра будет готов к выходу уже сейчас. У Минервы сейчас не очень много времени, чтобы думать, решения нужно принимать молниеносно. Что же, значит, пока Тигр займется своими делами.
- Идем, - легонько подтолкнув плечом волчицу, скомандовал Эндрю и двинулся бодрой рысцой следом за Лилит, успев крикнуть ей. - Эй, Лилит, подожди немного.
Негоже было лететь вперед своего наставника, но Тигр пока не обратил на это внимания - черт его знает, как там все в этой Мертвой Земле, и чему там учат волков.

Переход на Восточный берег

~ Дикий

Отредактировано Game Master (2015-05-25 22:04:34)

0

41

Спустя несколько мгновений Лилит, наконец, соизволила сойти со своего места, и я тут же замерла, скулы напряглись на теле, я ожидала атаки или даже возможного выпада в мою сторону, я ожидала чего угодно, готова была при малейшем кривлянии её морды вцепиться тут же в нос мертвоземке. Да, я успела за какие-то считанные мгновения вскипеть до предела. Лилит одарила меня снисходительным взглядом, от которого моя холка распушилась еще сильнее, а глотка вот-вот готова была издать приглушённый рык. "Показушничает еще тут, чертовка мёртвая", мои брыли на миг поднялись, на улыбку отвечая оскалом.
- Дорогуша, мне не сняться кошмары. А тебе следует быть осмотрительнее: тебя-то в омуте снов утопить ничего не стоит.
После этих слов мёртвая волчица, махнув хвостом, едва не коснувшись им моей морды, соизволила выйти вон из логова. Несомненно. Выйти... ВОН. Я, не сдержавшись, клацнула челюстью ей вслед, едва не задев хвост. "А жаль", думаю. "Клочок шерсти этой твари я прожевала бы и выплюнула. Хотя такую дрянь в пасть даже брать противно" Я тут же отвернула голову от уходящей мёртвой самки, мой взгляд на миг стал туманным. Вместо ненависти в моей груди клокотало раздражение, негодование, презрение. Она вела себя так, будто в этой стае с момента раннего вступления в неё. Это непростительно, дерзко и противно! Имей честь сначала быть серой мышкой, а потом, когда уже до конца освоишься, выпячивать свою грудь вперёд и клацать челюстью направо и налево. Нет уж, выпячивай лучше грудь, рвись к власти или к чему ты там стремишься, а командовать я тебе здесь не позволю, однозначно. Надо мной никто не будет иметь власти, даже такая смазливая дрянь, как ты.
Побранившись с самой собой, мне изрядно полегчало. Я излила в противной брани всё раздражение, теперь я чувствовала себя более или менее спокойнее. Шерсть, дотоле вставшая дыбом, уже улеглась, мой взгляд стал более живой, не витал в туманных далях моей души.
- Если боишься стать изгоем, не делай изгоев из других. Она - такая же как и ты. И если будешь срывать на нее свою злобу, тогда не жди потом от нее добра. Стоит только тебе попасть в беду - и она пройдет мимо.
"Что?", я даже не заметила, как ко мне подошёл лидер группы разведки, Тигр, и тот час звал на какое-то задание. Я сначала немного непонимающе на него посмотрела, будто не понимая сказанных слов, но после считанных секунд мой взгляд стал мрачным, наполовину злобным, сухим. "Мне вряд ли понадобится помощь от дохлой шавки. Даже если я помогу ей, то она мне никогда не ответит тем же, потому что будет спасать свою мохнатую задницу в первую очередь", прокомментировала я совет волка в мыслях, но внешне не одобрила его слов ни кивком, ни какими-либо иными жестами, ни эмоциями. Я хранила молчание. Недоброе молчание.
- Идем, - сказав это, волк двинулся следом за Лилит бодрой походкой. - Эй, Лилит, подожди немного.
"Ишь, как спешит-то за ней", ехидно подумала я, а мои губы скривились в насмешливую улыбку. "А эта цаца явно что-то затеяла, быстро сдрыснула из логова", встаю с места и направляюсь вслед за ними. "Посмотрим, что на этот раз удумала новенька чертовка"

+1

42

Итак, очередное творение неведомого по ее плечо, снова очередная мертвоземка, приведенная Кирой. Каждый раз, когда это происходило, Минерва задавалась вопросом, верно ли она поступает, позволяя им оставаться здесь и служить наряду с живыми единой цели. Как и всякое существо, получившее жизнь, они тоже не хотят бессмысленно погибать, ведь для чего-то же их создали? Эх, снова она думает только своими чувствами - Обвинитель не должен на них полагаться. С другой стороны, в этих местах больше нет живых волков, и мертвецы были единственными существами, способными увеличить численность Инноваторов. Задать им верный путь для размышлений, и вскоре всякий мертвец будет мало чем отличаться от живого. Может быть, все-таки это - правильный путь, а не уничтожение? Ведь если вспомнить, Судья тоже исчез не просто так - его точно так же уничтожили... Однако, все равно, это неправильно. Мертвым нет места рядом с живыми.
А перед глазами все Кира маячит, напоминая об обратном...
Как же поступить? Так, чтобы не оступиться... Закрыть ли глаза на Мертвую Землю и позволить ей существовать свободно? Надо выяснить, кто их воскресил, что за Черное озеро и откуда оно взялось, чьих вообще это рук дело. Так будет правильней. И если за всем этим кроется какое-то зло, тогда и будут основания вставать на путь войны. Однако, это все еще не дает оснований позволять мертвецам присоединяться к Инноваторам. Если их существование неверно, то остальным будет слишком горько с ними расставаться. А раздаривать каждому воскресшему живое сердце слишком энергозатратно. Обвинитель не для того существует.
- Волчица, которая попала к нам до тебя, бежала из Мертвой Земли по той же причине, что и ты, - тихо начала Минерва, легонько улыбаясь и глядя впереди себя. - Там слишком много зла, чтобы оставлять это без внимания. Ты ведь помнишь, какую цель преследует твоя бывшая стая?
Белошкурая повернула морду на Рейкстрир, потом взглянула на Лаки, шедшую по другую сторону новенькой.
- Не стоит искать этому оправдания - никто из вас не виноват в том, что вы снова открыли глаза и поднялись на лапы, - голос предводительницы стал более мягким, а улыбка - шире. - Но наша задача - сохранять этот мир в гармонии, и мертвецы ее нарушают, - отвела уши чуть-чуть назад. - Какой бы силой они не были подняты из-под земли, по своему или чужому ли желанию, они угрожают Офириту зарождающимся хаосом, и этого допустить просто нельзя. Знаешь, кто живет по ту сторону реки, куда Мертвая Земля так хочет попасть? - белошкурая остановилась прямо у выхода в пещеру и аккуратно улеглась, вытянув вперед себя лапы; мягкий взгляд ее по-прежнему был направлен на Рейкстрир.
Ей было тяжело это делать снова и снова, но ей меньше всего хотелось огорчать Киру. Кира привел волчицу сюда потому, что посчитал нужным, а Асуран углядел в ней нечто хорошее. Минерва и сама видела это, и может быть, именно поэтому ее отношение к мертвым новобранцам постепенно изменялось в лучшую сторону.
- Твои друзья и родственники, - подчеркнула Минерва, сделав неглубокий кивок. - Ты не помнишь о них, но они помнят тебя. Убила бы ты хотя бы кого-нибудь из них, если бы смогла вспомнить их взгляды и морды?
Голос Координатора был далеко не требовательным, не строгим, но наполненным тяжелой грустью. Рейкстрир тоже должна заметить, как нелегко Минерве принимать такое решение - разговаривать с мертвой, имея совершенно противоположную цель.

Отредактировано Minerva (2015-05-30 18:32:05)

+2

43

Но когда остаёшься практически один на один с этой величественной белой волчицей – храбрости чуть поубавляется. Мертвоземка старалась пока не думать о том, что конкретно собирается сказать и как: если слишком углубится в подобное, то, в конце концов, от внезапно проявившейся решимости не останется ни следа.
Идя следом за Минервой, чёрно-бурая внимательно вслушивается в её речь. Значит, Лилит также не нравилась царящая в Мёртвой земле атмосфера, и она тоже бежала. Чего уж там, у Дикого наверняка было много недоброжелателей, и волчица эта - одна из таких. А возможно даже, что она уходила вместе с неким Энтони в первый день пребывания Рей в мертвоземье…
- Да, помню, - откликается Стрир на вопрос Обвинительницы. «Знаю, помню, но не верю в неё». Множество раз чёрно-бурая повторяла себе, что мёртвые в Офирите для чего-то иного, и вот теперь снова повторяет. И пока полностью не доказано обратное – она верит и надеется.
Минерва говорит примерно о том же, о чём ранее говорил и Кира. О невиновности мертвецов, о том, что они ввергают мир в хаос, о том, что правильнее всего было бы избавить Офирит от таких созданий. Да только волчица не до конца понимала: неужто даже те мертвоземцы, что не желают зла, разрушают гармонию мира только посредством своего существования? И разве это – справедливо?
Усаживаясь напротив Обвинительницы, Рейкстрир утвердительно кивает в ответ на следующий вопрос. Да, она прекрасно знает. Там те, кто были рядом с мертвецами, пока они ещё были живы, там волки, являющиеся основной непонятно кем данной целью Мёртвой земли, те, кого они хотят уничтожить. И ведь наверняка никто и не подозревает даже, что при войне с Югом столкнётся с своими знакомыми. И это поистине ужасающе. И вот Минерва интересуется, принимала бы участие в этом зверстве сама чёрно-бурая.
- Даже не помня ничего, не убила бы ни одного, - без колебаний отвечает Стрир, твёрдо смотря в карие глаза Координатора. Ей хватало лишь знания о том, что на юге те, кто раньше был столь дорог сердцу, и воспоминания о них были необязательны. Если доказать мертвоземцам, что волки, которых они так яро хотят убить – их родные и близкие, интересно, они отступят от своей цели?..
И вот сейчас, когда Минерва более пока ничего не говорила, Рейкстрир и решилась начать свою речь. На секунду закрывая глаза и вдыхая как можно больше ненужного воздуха, она набирается смелости сделать первый шаг. Начинать всегда трудно.
- Я… ничуть не против, даже полностью поддерживаю вашу цель. Гармонии и мира и правда не достаёт Офириту, его северной части уж точно, - в речи много пауз и запинок, Рей ещё осторожничает. Голос волчицы чуть хрипит и, прочистив горло, она продолжает, стараясь говорить чуть более уверенно: - Но идти войной на тех, о которых известно всего-то ничего, обвинять их, не зная всей правды, это ведь… неправильно, наверное, - смотреть в глаза Координатору теперь чёрно-бурая отчего-то не может и, поворачивая голову вправо, глядит куда-то вдаль, на горизонт. Немного молчит, а потом вдруг выдаёт: - Понимаете, это ведь не… непростая форма жизни. Таких не могли создать обычные какие-то волки; придумать такое вещество, которое давало бы жизнь мёртвым животным – нет, это не под силу простому смертному, который вдруг возжелал отомстить. Такое может сделать только… кто-то высший. Возможно, Обвинитель или Судья… а они, такие, как Вы… они же не могут желать этому миру зла, - с нарастающим темпом, нарастающим возбуждением произносит это Рейкстрир, и только под конец затихает, отводит уши назад и опускает голову, смотря теперь на свои лапы, словно провинившаяся. Молчание повисает в воздухе, но волчица ещё не закончила: - Да, возможно, многие оставшиеся заслуживают повторной смерти, но важны не конкретно они, а Мёртвая земля в целом. Хотелось бы прежде узнать о мертвецах больше, и… хотелось бы относиться к ним справедливо.
Чуть подрагивают лапы от волнения. Стрир всё-таки отрывает взгляд от своих лап, переводит его на Минерву. Но в глаза ей не смотрит. Куда угодно – на лапы, уши, нос, грудь - но не в глаза. Выдыхает весь тот воздух, что набрала ранее и, сжав челюсти, ждёт реакции, ответа Обвинительницы, рассчитывая на что-то ужасное, и от того пугаясь и волнуясь ещё сильнее.

+3

44

Минерва заговорила, и Лаки насторожилась, слушая её слова. Она много раз слышала это, в разных интерпретациях, в разных формах - но всегда одно и тоже. Мертвецы - хаос и дисбаланс, лишнее звено в огромном механизме жизни. Палевая заняла место рядом с Рейкстрир, но чуть сбоку, чуть прикрыв глаза, спокойно слушая слова Минервы, успокаивающее улыбаясь.
Лакс понимала, какое место занимает в Инноваторах. Она никогда не была полностью частью этой стаи - по сути, Лаки пришла к Минерве из-за Киры. Если бы не он - кто его знает, почувствовала бы Лакс в себе потребность в обществе. В то время ей, казалось, не нужно было ничего.
И вот теперь, все-таки став частью стаи, Лаки понимала, что она тут не только для того, чтобы, продолжив дело отца, общаться с орлами, открывать для них волчьи сердца. Нет, её роль в Инноваторах была куда глубже и куда важнее, чем это. Она понимала, что является неким связующим звеном, спокойным и теплым огоньком, о который могут погреться все желающие. Всегда теплым, всегда спокойным, всегда добрым и понимающим.
Врожденная особенность, чувствительность, а может и воспитание - это позволяло Лаки чувствовать чужие эмоции и отзываться на них, давая волкам то, что им было нужно. Было ли это даром, или проклятием - Лаки никогда не задумывалась над этим. Она чувствовала весь мир, чувствовала его остро, до мельчайшей детали. И любила его, так же.
Как-то эта любовь чуть не свела Лаки в могилу - когда погибла вся её семья. Но она справилась, научилась жить с этим, и, что главное - не замкнулась, а открылась больше.
Лаки могла понять любого. Его мотивы, размышления. Почувствовать чужую боль. И радость. И вот в этом заключалась трудность: Лаки иногда казалось, что она слишком живо может ощутить злость Мертвоземцев, их ярость и ненависть к этому миру, их непонимание, привычку. То, как остро они ощущают, что утратили что-то важное, и при этом совершенно этого не осознают, скрываясь за своей ненавистью. Лаки чувствовала, как выстраивают они шаг за шагом невидимую стену, отгораживаясь от чужих глаз. У кого-то стена была больше и выше, у кого-то - меньше. Но это была общее свойство всех мертвецов.
Убивать их было все равно, что убивать маленьких и неразумных щенков. Но очень опасных щенков, и в этом Лаки понимала Минерву. Координатор мыслила правильно, но палевая часто шкурой ощущала её сомнения. У Минервы была цель, и она к этой цели слепо шла - сколько нужно сил и воли, чтобы вот так вот, не обращая внимание ни что, продолжать идти.
И это было трудно - понимать всех и каждого. Сталкиваться с этим конфликтом, который происходит отдельно от неё, Лаки, но в её собственной душе.
Порой Лакс чувствовала, как прогибается под грузом этих ощущений.
И вот сейчас заговорила Рейкстрир. Её слова были чем-то... Необычным. По крайней мере от неё Лаки такого услышать не ожидала. Палевая расплылась в счастливой улыбке. Когда происходило такое - ей всегда становилось проще и легче.
- Никто не может желать этому миру зла. И все действия изначально добры - вот только по отношению к кому, другое дело. Желает ли волк кому-то зла, когда боится? Кто угодно будет бороться за свою жизнь, и самый опасный зверь, как известно - загнанная в угол овца, - спокойно произнесла Лаки. Улыбка сошла с её губ - волчица говорила тихо и серьезно. - Вот только страх Мертвоземцев слишком силен. Он делает из них монстров, хотя если приглядеться, внутри каждого чудовища скрывается маленькое, испуганное и глубоко несчастное существо. Порой нужно слишком много времени, чтобы договориться с каждым таким несчастным существом.
Лаки не поддерживала радикальную позицию Минервы, но она прекрасно понимала её логику.
- Я бы отдала все на свете, чтобы иметь это время, - выдохнула волчица, чуть опуская голову. - Но иногда бездействие хуже любого неправильного действия.
Об этом тяжело было говорить.

+3

45

Новобранница слушала речь Минервы довольно внимательно, в ее голове, однако, мысли роились словно пчелы в потревоженном улье. Она вполне осознавала то, что Инноваторы несут добро и чистоту, но будучи одной из тех, кого эта стая стремится уничтожить, смириться с участью своих бывших состайников ей было все еще трудно. Ее волновало то, что не все уж мертвецы столь плохи, но...
- Думаешь, я не размышляю над этим, - засмеялась Минерва, чуть запрокинув вверх голову.
Но смеялась предводительница вовсе не с насмешкой, а наоборот - с солидарностью со словами Рейкстрир. Казалось, что то замешательство, что тяготило ее минуту назад, куда-то улетучилось, оставив лишь легкую взволнованность, хотя на самом деле, выбор свой Минерва все еще делала - осторожно, мучительно, неспешно. Ей было трудно настолько же, насколько было трудно Рейкстрир представить бесконечное поле покоящихся вечным сном мервтоземцев.
- Мне тоже не хочется вести эту войну, Рейкстрир, - призналась белоснежная волчица, положив лапа на лапу. - Но когда я стала Обвинителем, меня не спрашивали о том, чего я хочу, а чего нет. Я прекрасно понимаю ситуацию и хочу ее разрешить, так, чтобы жертв было как можно меньше. Однако само существование мертвецов в этом мире неправильно, поэтому мне приходится рассматривать Мертвую Землю как нечто единое, как одну целую болезнь, отравляющую мир. Не считай меня убийцей, Рейкстрир, но есть вещи, которые нужно решать далеко не нам. Знаешь ли ты, кто такие Судьи?
Карие глаза волчицы смотрели на собеседницу достаточно пристально, в то время как сама собеседница отвечать тем же боялась, считая, что ее могут осудить. Как же низко нужно пасть, чтобы так сломить волю столь могучего зверя как волк... Волки ли это были, мертвоземцы? На морде Минервы показалось огорчение - ей поистине было жаль, что все так вышло, что даже будучи окруженной теплом и взаимопониманием, эта мертвая волчица все еще чего-то боится. Радовало, по крайней мере, одно - убивать кого бы то ни было Рейкстрир не желала. Но что произойдет, если враг посмеет на нее напасть? Будет ли она защищаться или предпочтет принять сторону проигравшего и покориться? Неужели ей вовсе не хотелось той самой свободы, о которой она мечтала?
Лаки тоже решила вставить свое слово, и слова ее... вновь шли вразрез с Минервой. Наверно, это было правильно, ведь Кординатор охватывал проблему глобально, в то время, как сама Лаки и Рейкстрир сейчас перед ней - все они каждый случай рассматривали по отдельности. Именно этим было их отличие от существа, названного Обвинителем.
Чуть поджав губы, не смея перебивать палевую, Минерва наблюдала за реакцией Рейкстрир и старалась легонько улыбаться уголками губ. Нельзя сказать, что Обвинительница сейчас поддерживала Лакс, но считалась с ее мнением, только вот... все равно поступала так, как считала нужным. Лаки ведь тоже понимает, что Минерва просто обязана идти путем, намеченным ей Судьей... Или Минерва слишком возвышала для себя эту должность?
- Когда-то давно существовали в мире существа, коих мы считали богами, демиургами того мира, в котором живем. Мы называем их Судьями, по той простой причине, что только им дано право руководить нашими судьбами и решать, кому из нас жить. Их колоссальные способности, казалось, могли защитить нас абсолютно от любой угрозы, но... Однажды в Офирите появились другие странные существа, каким-то способом сумевшие их уничтожить. С той поры волк превратился в вымирающий вид, а единственным спасением и каким-никаким гарантом стабильности были только Обвинители - звери, помогавшие своим Судьям и наделенные частью их силы. Теперь сравни мою историю с тем, что происходит сейчас, - за все время, пока Минерва говорила, голос ее был обеспокоенным и отдавал горечью. - Мы снова возвращаемся к этой проблеме. И снова жертва - волк. Понимаешь теперь, почему нам необходимо делать то, что мы делаем?
Белошкурая вновь едва заметно улыбнулась, взывая тем самым к взаимопониманию и осознанию сути проблемы.

+1

46

Волны гнева, крики, оскорбления, угрозы, - волчица ожидала всего того, что постоянно встречала в ответ в Мёртвой земле, жалась, приготавливаясь твёрдо стоять под натиском подобного. И потому была удивлена, когда услышала мягкую, понимающую интонацию Обвинительницы, а не что-то ненавистное. Рейкстрир думала, что, уйдя от мертвецов, будет свободно «дышать», свободно, многим лучше, чем ранее, существовать, а на деле же привычка, выработанная за полтора месяца, оказалась слишком сильна. Как бы там не хотелось «расправить плечи», натренированное подсознание не позволяло спокойно находиться в кругу новых волков. И расстаться с мыслью, что кто-нибудь может нанести удар в спину, сразу не получалось.
И теперь, когда «опасность» минует, когда мертвоземка понимает – с ней пусть и не соглашаются, но дают волю таким мыслям, она устремляет всё-таки свой взгляд в глаза Минервы.
Противное слово «надо». Сколько могло оно поломать надежд, желаний, потенциала своей твёрдостью. Однако, несмотря на это, оно, в каком-то смысле, не давало воцариться хаосу: если бы каждый делал то, что возжелает, в мире вряд ли был бы хоть какой-то порядок. Но во всём нужно знать меру. И думалось Рей, что в данном случае как раз и надо было не слепо следовать пресловутому «надо», а разбираться во всём досконально.
- Расуэль обозначил эту цель? – припоминая слова Киры о том, что для Инноваторов Судья – только этот самый Расуэль, спрашивает чёрно-бурая. Обвинители выполняют волю Судей, значит, вполне логично, что установка «существование мертвецов в корне не верно» была дана именно ими, а в данном случае, только одним Им. Но вот неувязочка, если предполагать, что создатель Мёртвой земли сам либо Судья либо Обвинитель, то… Странно это, когда двое, которые по идее объединены общей целью, воюют буквально посредством своих «подопечных».
Лаки, что находилась рядом, тоже решила высказаться. И в словах её Стрир внезапно находит поддержку. Палевая также надеется на лучшее, также ищет что-то светлое в мертвецах. Но во всём ли она права? Можно ли вообще как-то договориться с самыми закоренелыми мертвецами, окончательно застрявшими в своём диком желании убивать и не желающими оттуда выбираться? Ответ на этот вопрос даст Асуран, когда вернётся.
Минерва же продолжила говорить, рассказывая о Судьях более подробно, нежели чем до этого рассказывал Кира. И на первых порах Стрир хотела было вновь сказать, что, мол, мертвецы созданы наверняка кем-то из этих Судей, а ведь именно они, по словам самой белой, решали, кто имеет право существовать в Офирите, а кто нет. Да только после речь зашла о причине, по которой ныне Богов более не встречаешь на земле.
- Волки не могут существовать без Судей? – с ноткой недоумения интересуется Рейкстрир. Как хрупок мир, если всё держится лишь на нескольких существах, пусть и очень могущественных. И разве не опасно на этом держать жизнь? Ведь на каждое действие найдётся противодействие, и даже самых сильных мира сего можно уничтожить. Вот и для Судей нашлись противники… Что-то поистине ужасающее и леденящее душу закрадывается, когда волчица говорит о тех, кто сумел стереть Судей с лица Офирита, - Кто эти существа? – Мёртвая земля могла быть вполне создана и ими, и вот тогда… тогда Обвинители абсолютно правы – мертвецы при таком раскладе дел действительно угроза. Но даже это ещё не доказано, Инноваторы продолжают знать о мертвоземцах наверняка лишь малую долю. Стрир же считала, что нужно узнать истину, а после уже что-то радикальное предпринимать, и она готова, хочет заняться выяснением правды, и пусть для этого придётся весь мир обойти. Только развяжите ей лапы, научив справляться с жаждой.
- Ладно, - кивает чёрно-бурая. Вести спор по той теме, в которой знает лишь крупицу всей информации, волчица не хочет: без доводов, которые как пить дать «хранятся» в том, о чём неизвестно пока никому, каждая сторона наверняка останется при своём мнении. Но для того, чтобы всё выяснить – нужно время, очень много времени, а Инноваторы, судя по всему, медлить не собираются. Нужно придумать способ, как хоть немного отсрочить выступление, и Стрир считает, что у неё есть вопросы, которые могли бы озадачить на время командование: - Задача же – уничтожить всё мертвоземье как таковое? Но… там же необъятное озеро, полное вязкой жижи, которая оживляет абсолютно всё, - да-да, именно это Рей и имела в виду. В водах Черноводного оживают не только волки. Конечно, она видела только одну всего лишь лисицу, но готова была поспорить – любое мёртвое тельце, орошенное Кхесской, вновь начнёт говорить, ходить, существовать, - И ведь даже убив всех, кто там находится, от мертвецов не избавится. Вновь появится первопроходец, каким когда-то был Восс, вновь умершие на юге будут просыпаться в озере без памяти, и как с этим тогда быть?«если уж бороться, то с причиной, а не со следствием; а в чём причина - вы, кажется, не знаете». В голове мелькнула ещё одна достаточно простая мысль: что если перевоспитывать рекрутов? Да только отмахнулась от этого чёрно-бурая – Инноваторам ведь важно, чтобы не было ни единого мертвеца, что лишь своим только существованием нарушают гармонию. Кстати… Рейкстрир снова в лёгком замешательстве. У них же здесь в стае нашли приют мертвецы, и получается… Верить в то, что живые, сначала так добродушно принявшие своих, по сути, врагов, после всего расправятся и с ними, как с видом, который не имеет права на существование, отчаянно не хотелось. Приглушённо, чуть хрипло, поражённая подобной возможностью, желающая прямо сейчас развеять жуткое сомнение, Стрир задаёт ещё один вопрос: - Если удастся уничтожить всё мертвоземье на западе, то… что будет с теми мертвецами, что живут здесь, у вас?

+1

47

Минерва в своей терпеливости объясняла Рейстрир все, шаг за шагом. Координатор верила в праведность своих слов, в то, что она призвана спасти мир от скверны, уберечь его. Стрир же смотрела с позиции проигравших - где окажутся они, после того, как Инноваторам удастся воплотить свой план в жизнь.
Лаки всегда удивляло в белой альфе то, с каким спокойствием она способна выслушать любое чужое мнение, и при это продолжать мягко настаивать на своем, при это совершенно не теряя авторитета в глазах своих подчиненных. Вот сейчас тоже происходило и с новенькой. Минерва продолжала гнуть свою линию, при этом не унижая мертвоземку.
А вот последняя не находила себе места. И Лаки пока не могла понять: переживает ли она за себя, за таких, как она, или же за все живое в целом?
Сначала говорит о справедливости (о, Лакс ненавидела это слово! Сколько лжи в него можно скрыть, сколько плохих поступков можно оправдать деланной справедливостью!), а после - заговорила о мертвом озере, которое останется, пусть даже все мертвые вновь погибнуть.
Лаки моргнула, чуть расширив глаза. Она никогда не думала о том, что будет дальше. Если честно, палевая всеми силами старалась верить в то, что это "дальше" никогда не наступит как минимум потому, что Минерва передумает, и решит идти другим путем, распространяя свое влияние и влияние Инноваторов дальше, перевоспитывая, а не неся войну.
Сейчас ей было скорее любопытно: она никогда не видела озера, но помнила ту темную и вязкую жидкость, которая покидала тела мертвых, когда их ранили. Неужели эта вода оживляет действительно все?.. Буквально все?
Какая-то злая шутка - это озеро. Дарит жизнь, возвращая эмоции и чувства, но при этом отнимая память, и когда тело практически гниет заживо.
Что же касается иного вопроса Рейкстрир - на него Лаки ответ знала, и даже не сомневалась. Мертвецы будут жить так же, как жили до этого, в Инноваторах, среди тех, к кому успели привязаться, кого успели полюбить.
Иначе просто невозможно.
Пока Лакс молчала, позволяя Минерве отвечать на все поставленные Стрир вопросы. Пока Лаки ничего было сказать. Волчица оставалась на своем месте, вся во внимании.
Она ощущала напряжение, которое повисло сейчас в воздухе, и чуть прикрыла глаза, будто бы собиралась впитать его своей шкурой.

+1

48

Минерва взглянула в сторону берега - нетрудно было различить толпу волков на нем, рядом с которыми выхаживал еще один - Тигр. Строгость к дисциплине и тактические умения этого зверя - вот за что она избрала его в число лидеров стаи. Безусловно, сравнивать его с Фрагой было глупо - у каждого из них были свои сильные и слабые стороны, но на Эндрю у Минервы были серьезные надежды. Нео координировал боевую группу, делегируя между ее членами нагрузку, Тигр же был тактиком, расставлявшим фигуры на шахматной доске, и самое хорошее было в том, что оба лидера успешно взаимодействовали.
Теплый обнадеживающий взгляд в сторону собравшихся. Вновь вернувшись к своему кругу собеседников, Минерва чуть отвела уши назад и улыбнулась, словно бы и ни на что не отвлекалась. Поток мыслей Рейкстрир был ей понятен, но в то же время, ей казалось, что волчица... знает больше, чем нужно, и требует больше, чем положено. Безусловно, в этом не было ничего критично плохого, а даже наоборот, да и к тому же, у Стрир было просто огромное желание во всем разобраться и, наконец, понять, что делать ей самой. Она пришла сюда именно за ответами, но если ответы ее не устроят, и она решит, что выбрала не тот путь... Минерва сотрет ей эти воспоминания навсегда. Пока же бурая сохраняла заинтересованность и озабоченность проблемой, и это было для Обвинительницы скорее плюсом, чем минусом.
- Да, Расуэль, Судья Ордена Духа, - кивнула белошкурая. - Но Расуэль погиб, завещав нам продолжать его дело, - следующий же вопрос дал Минерве понять, что Рейкстрир еще не понимает, что же такое Судья; и снова нужно это объяснить. - Не только волки - сам мир не может существовать без Судей. Мы - последний рубеж стабильности и гармонии в Офирите, не станет нас - и мир погрузится в полнейший хаос, пожирая сам себя.
Эти слова звучали без доли скорби - Минерва была готова пожертвовать собой ради мира на земле, но сделать максимально столько, сколько будет в ее силах. Однако, в отличие от Киры, волчица не популяризировала свою самоотверженность, скрывая ее в недрах своей сути, и представляла из себя существо, слепо следующее своим идеалам и заветам своего Судьи. Или бога - кому как угодно.
- Мы не знаем, кто они были - я была юна, чтобы повстречаться с ними с глазу на глаз, а мой отец предпочитал умалчивать об этом. Ему нелегко было смириться с потерей, которая обрушивала на него все страдания этого мира и заставляющая его принимать решения равносильно решениям Расуэля. Представь себя на нашем месте, Рейкстрир: твой бог погиб, и единственная, кто еще способен выполнять хотя бы какие-то его функции, это ты. Не страшно ли тебе от этой мысли?
Дернув ухом белошкурая взглянула на Лаки. Та отмалчивалась, внимательно слушая разговор, но при случае готова была высказать и свою точку зрения.
- Лакс, принеси, пожалуйста, рыбы из пруда, - мягко попросила ее Минерва, широко и тепло улыбнувшись.
Это будет ответом на последний вопрос Рейкстрир. Рыба.
Белошкура приподнялась на передних лапах, принимая сидячее положение. Карие глаза вновь посмотрели на новобранницу; Обвинительница чувствовала, что этой волчице тоже совсем не легко говорить об этих вещах. И ей было страшно. Страшно расставаться с жизнью, считая всю эту авантюру несправедливым решением кого-то свыше.
- Мертвый волк, питающийся черной водой, и мертвый волк, питающийся как все нормальные животные - это разные вещи. Те мертвецы, которые приходят к нам, делают это осознанно, сами принимают это решение, и в зависимости от их помыслов, они либо становятся с нами одним целым, живут как мы, либо возвращаются туда, откуда пришли, - несмотря на улыбку на морде, голос Минервы обрел какую-то заметную твердость и серьезность. - Предвкушая вопрос о том, почему бы не дать Мертвой Земле другой источник, чтобы она прекратила использовать свою воду, я скажу, что могущество Обвинителя тоже имеет свой предел. Мы - не всесильны, и не можем растрачивать свою энергию просто так. Мы - не исполнители чужих желаний, мы - те, кто следит за равновесием в мире и использует свою силу только во благо баланса в нем.
По крайней мере, Минерве хотелось верить, что ответ на свой вопрос, который так страшил бурую волчицу, та получила.Те, кто пришел к Инноваторам, живут как Инноваторы, а если им это чуждо... Значит, они не могут быть членами Ордена.

+1

49

Но разве война не несёт хаос? Мог ли тогда желать этого Судья, что ответственен за гармонию? Ведь это не только разрушение мира, но ещё и риск: да, Обвинители сильны, но, как показала история, и не таких можно сломить. И если с ними что-нибудь случится, то конец всему. Вообще всему. Так точно ли этого ждёт Расуэль?
- Ордена Духа? – переспрашивает чёрно-бурая, параллельно осмысливая сказанное Минервой. В голове не укладывалось, как так получилось, что мир держится всего лишь на нескольких личностях. Это ненадёжно, это рискованно, это опасно. И сложно представить, что жизнь тысяч зависит лишь от одной. Какая-то мнимая свобода…
А Обвинителей оставили в неведении. Слушая о существах, уничтоживших Судей, Рей думала, что глупо как-то не рассказывать о них, умалчивать о могущественных врагах, с которыми наверняка придётся столкнуться. Нужно было подготовить будущих борцов, а не оставить их в практически полном незнании один на один с этой опасностью. Почему, почему отец Минервы не рассказал? Стрир не понимала, и она не оправдала бы его даже горечью утраты и тяжестью навалившихся обязанностей. Он просто должен был хотя бы хоть что-то о них рассказать. Обязан, вот и всё.
Мысленно примеряя на себе ту тяжёлую участь, что легла на плечи Обвинителей после уничтожения Судей, волчица всё сопоставляла с таким знакомым и привычным – с Мёртвой землёй. Один ты лишь знаешь, чем занимался Бог, и от одного тебя Он ждёт решения, которое должно решать судьбу мира. И ни на кого свои обязанности не переложишь. И, наверное, только сейчас Рейкстрир действительно начинает осознавать, как тяжело Обвинителям, как тяжело Минерве. От неё ждут многого, очень многого, и сейчас белая волчица должна буквально заменять погибшего Судью.
Ошибка мертвецов в том, что они «в одиночку», очень быстро приняли своё решение, не докапываясь до правды, не ища уточнений, выбрав самый лёгкий путь. «Не повторяйте их ошибок». Обвинители знают не всё. Им нужно больше знаний о мире, чтобы принимать действительно правильные решения. Но ныне эти знания, которые наверняка ещё и пополняются постоянно, так просто не получить. И неужели нету здесь тех, кто занимается изучением? Советчиков, адвокатов, свидетелей, что позволяли бы представить общую картину…
У чёрно-бурой осталось ещё несколько вопросов, включая тот об озере, что был задан чуть ранее, и на который Минерва отчего-то не ответила. Но белая волчица, словно отчёркивая, оставляя прочие объяснения на потом (а может и вовсе точку ставила?..), просила Лаки зачем-то принести рыбу. Стрир оборачивается на палевую, и во взгляде её читается недоумение и ещё парочка вопросов по поводу того, зачем нужна эта рыба. Но об этом принимается рассказывать Минерва.
Мёртвые волки, да чтоб пищей живых питались – что-то новенькое, но зато отлично объясняет, на чём держатся те мертвоземцы, что живут у Инноваторов. Интересно, как это работает? Почему вдруг обычное живое существо становится пригодно и питательно для заново рождённых? Минерва лишь даёт понять, что это – дело лап Обвинителей.
Значит, ничего не будет с теми мертвецами, что пришли сюда. Они – часть стаи, и никто не будет их выгонять или убивать. Облегчённо выдыхая, Рей поворачивает голову туда, куда немногим ранее глядела и Обвинительница. Там виднелась шеренга волков, которым, видимо, что-то объяснял ещё один, расхаживая рядом. Наклоняет голову, словно прицениваясь: она могла бы стать их частью, занять место среди них или же вернуться в прогнившую Мёртвую землю. Скольких уже были отправлены обратно? Сколько состайников Стрир, что каждый день она видела, знали об Инноваторах? И если знали, почему молчали?..
Можно бороться за правильный мир, пытаться искать ответы на свои вопросы и там, в Мёртвой земле, да только возможностей и свободы действий нету. Здесь же… Здесь всё это есть. А главное, Стрир также, как и каждому здешнему, хотелось бороться за мир, за спокойствие… за справедливость. Возвращается взглядом к Минерве, смотри твёрдо и уверенно, точно зная, чего хочет: не только быть слепым борцом, который просто следует приказу, но и узнавать больше о мире, думать, осмысливать, предоставляя то скрытое об Офирите, что поможет принимать действительно правильные решения.

+1

50

Лаки всегда было интересно, откуда берется новый характер мертвых волков. Почему некоторые их качества остаются, а некоторое - меняются кардинально? Кто это решает, и как связано это с, допустим, состоянием в момент смерти? На сколько счастливо было существо, на сколько расстроено.
Устройство мира волновало палевую гораздо меньше, чем устройство тех, кто в нем обитает. И мир Лаки измеряла сугубо по душевному состоянию обитателей - чем больше в нем добрых существ, открытых умов - тем лучше. Мир для Лаки заключался в чужих головах и сердцах, загадках, которые таили волки внутри себя. Она будто бы пыталась подобрать к ним ключ, каждый раз общаясь и поражаясь дивности собеседников.
Вот и сейчас - Рейкстрир, она столько вопросов задает... Её волнует озеро, чужие жизни, познание мира. А днем раньше пришедшая Лилит была закрыта в своей собственной, эгоистичной скорби, сквозь которую еще предстоит пробиться.
Ведь почему они жили в одних условиях, а теперь мыслят совершенно по разному? Только потому, что Лилит дольше прожила с мертвецами?
Нет, наверное, тут дело в другом.
Поймав взгляд Минервы, Лаки с готовностью поднялась на лапы и устремилась к пруду. Проходя мимо Стрир, палевая мягко ей улыбнулась - такой непонимающий и удивленный взгляд! Лаки нравилось наблюдать, как одна эмоция сменяет другую в чужой голове, как проясняется взгляд и приходит понимание.
Отойдя от волчиц, палевая вошла в прохладную воду, наслаждаясь перепадом температуры - приятно было ощущать, как прохладная вода касается боков и живота.
Прошло несколько мгновений, прежде чем Лакс увидела серебристую рыбешку. Сверкая чешуей, хвостатая плавала чуть дальше и глубже, чем того требовалось, чтобы волчица до неё добралась. Еще пару мгновений - и рыба подплыла ближе, еще одно - и поднялась повыше к поверхности...
Лаки быстро ринулась вперед, окуная голову в воду по самые уши и хватая рыбу поперек туловища.
Хищница вышла из воды, бережно неся свою ношу, возвращаясь к ожидавшим её волчицам. Палевая положила рыбу у лап белошкурой и отошла, позволяя Минерве сделать свое дело.
Еще одна волчица перестанет чувствовать потребность в черной воде, а значит - избавиться от постоянной жажды и постоянного страха.
Страх - вот единственная и разрушительная эмоция, порождающая остальные. Страх мешает жить и чувствовать, он может подменить собой все, что угодно, он истощает, не оставляя после себя ничего, кроме ненависти, злобы и разочарования.
Чтобы победить зло, нужно искоренять страх. Нельзя поступать наоборот - иначе никогда не победить.

+1

51

Судя по всему, в голове бурой действительно властвовал мощнейший ураган из мыслей - помимо всяческих новостей и неожиданностей, свалившихся на бедную голову мертвоземки, она еще пытались и как-то совладать с воспоминаниями о своей стае, все еще связывая себя с ней и считая себя какой-то ее частью. Сейчас это - безусловно, неверное решение, но Минерва понимала, что переключиться на новую стаю и молниеносно стать одной из них она навряд ли может. Требовалось время, пока та осознает, к чему рвется ее душа.
Еще одним немаловажным пунктом являлось то, что Рейкстрир волновал вопрос о Судьях и их убийцах. Белая волчица отводила морду в сторону, стоило ей только уловить подобный вопрос в голове собеседницы, и дабы не оставлять ее в неведении, она продолжила:
- Никто не говорил нам об этих существах потому, что все они были ответно уничтожены. Все до единого. Обвинители не хотели, чтобы мир помнил и знал об этом событии, считая, что это только спровоцирует Офирит на эскалацию войны, поэтому долгое время эти знания хранились в их головах. Однако мне в то время было еще очень рано знать о произошедшем, поэтому меня и некоторых моих родственников отправили сюда, за Тэмен, подальше от тех мест, что сейчас больше всего напоминает выжженную пустыню огромных масштабов. У меня был родной брат - Али - отец оставил его рядом с собой на юге, пообещав вернуться, но до сей поры ни от отца, ни от брата вестей нет, и я не знаю, живы ли они вообще...
Белошкурая прижала уши, смотря куда-то в траву печальным взглядом. Она полагала, что вся эта история приоткроет для Рейкстрир горизонты и покажет, какого размера был конфликт. Впрочем, сравнивая его с нынешней ситуацией, можно видеть примерно то же самое, только вот антагонист - иной зверь.
- Когда я узнала, что произошло, я начала понимать, как важно сохранять то самое последнее светлое и чистое, ради того, чтобы другие жили в мире и не знали той боли, что ты переживаешь сама. Поэтому любая неформальность для нас - это сигнал к тому, что нужно приниматься за работу, - чуть улыбнулась, пытаясь показать новобраннице только плюсы предстоящих дел. - Да, Мертвая Земля для нас - мало изученный вид существ, но и тех, что изничтожили наших Небожителей, мы тоже не знали. Мир просто громко кричал от боли и страха, и времени договариваться или искать компромисс не было. В отличие от нынешней ситуации, - голова задержалась в кивке, взгляд был направлен ровно на Стрир, на морде зардела обнадеживающая улыбка.
Да, пожалуй, она поступает верно, раз пока откладывает свое масштабное мероприятие. Сначала действительно нужно узнать причину появления мертвоземцев, а уж потом, найдя верный путь, заниматься искоренением чернильного пятна.
- Ордена... - запнулась Минерва, пытаясь подобрать слова к объяснению; она приподняла морду к небу, словно читая ответ в небесах. - Те, кто служит Судьям, входят в группу животных, которых принято называть Орденами. Волки составляют Орден Духа, потому как нам дана необычайная и важная способность, - очень вовремя и Лаки принесла с озера небольшую рыбу, положив ее перед предподительницей.
Поблагодарив ту мягким взглядом и уважительным кивком, Минерва взглянула на еще скользкую блестящую рыбу, потом перевела глаза на Рейкстрир, завлекая ту улыбкой.
- Мы следим за балансом между живыми и мертвыми. Чтобы мертвое стало живым, нужно забрать у кого-то жизнь и отдать мертвецкую хворь. Эта рыба готова забрать у тебя частичку гнили, чтобы дать тебе лишний день пожить. Поешь, - легонько подтолкнув рыбку носом, Минерва наставила уши, наблюдая за происходящим.
То, что она сейчас давала новобраннице, было пищей, тем, что сможет избавить ее от жажды испить Кхесской воды.

+1

52

Но не много ли хочет взвалить на себя? Уверена ли в столь быстром решении? Каждый очередной вопрос о выборе между Мертвоземьем и Инноваторами сеет семя сомнения, пусть и ничтожно маленькое, и нельзя позволить этому сомнению разрастись и поглотить, нет. Рейкстрир не замечает реакции Обвинительницы на свои размышления, не находит признаков поддержки или упрёка. Но чёрно-бурая не хочет слишком много думать об этом. Решение пока что просто: она останется здесь (всеми силами будет стремиться), если это позволят.
Зато Минерва ответила на другой вопрос из головы мертвоземки. На самом деле даже сейчас Рей ещё не привыкла к этому, продолжая считать, что её мысли и принадлежат только ей самой. И странно было слышать ответ на то, о чём решил умолчать. Но в каком-то смысле волчице такая телепатия даже нравилась: не нужно тратить сил на облачение сильных эмоций, помыслов в слова, что чаще всего должны быть спокойны, и если вдруг возникнет нужда поговорить с белой наедине, не желая, чтобы кто-то другой слышал то, что ты собираешься сказать – нужно лишь подумать об этом.
Снова изумление читается на морде Стрир: кто же сумел тогда уничтожить убийц Судей? кто нашёлся ещё могущественнее? что за жестокая и масштабная бойня должна была разыграться?
Зато теперь чуть более становится понятно, отчего же не знают тут толком об этих существах. И всё же… разве не должны волки знать свою историю? Чтобы не повторять ошибок, чтобы поступать обдуманно, чтобы становится опытнее, оглядываясь на своих предшественников. К чему привела эта осторожность сейчас? Северяне потеряли что-то очень важное, упустили нить, которая могла бы привести к ответам на столь много вопросов, и теперь те, кто должен мир восстанавливать, в жутких сомнениях принимают свои решения. Так вот и стоило ли умалчивать?
Но, кажется, есть те, к кому ещё можно обратиться с вопросом и получить наверняка точный ответ. Минерва рассказывает о своих родных, что остались на юге, сослав её сюда. Рейкстрир видит – белая ещё горюет, всё ещё ждёт их возвращения, хоть и надежда слаба: вестей-то нет. Но решение этой проблемы кажется чёрно-бурой таким лёгким и простым, лежащим на поверхности, что она, даже не задумываясь, выпаливает:
- У вас же есть орлы, разве нельзя послать их на юг с разведкой?
Вновь всё сводится к занятиям, цели Инноваторов: очищать мир, возвращая ему свет и спокойствие. Нет, всё-таки, те отголоски прошлого, то немногое, что было известно о конфликте Судей и «существ» тоже научили кое-чему: по первому зову устранять угрозу. Да только Мёртвая земля – подтвердившаяся угроза или созданные кем-то великим возможные помощники? На это и надо было искать ответ где-то в прошлом, возможно даже, не очень далёком, о котором буквально изолированные северные жители знали, видимо, не очень много, хотя возможностей было достаточно. И почему бы правда не сойти с насиженного места и отправиться узнавать?
Нечто неоднозначное прозвучало под конец. Нечто такое, что на несколько секунд заставило Рейкстрир удивлённо подумать: неужели ей таки удалось уговорить Минерву решить всё спокойно, прежде разобравшись?
Тем временем, пока Обвинительница рассказывает об Ордене духа, возвращается Лаки с уловом. Чёрно-бурая, слушая волчицу, наклоняется к рыбёшке, обнюхивая её. Это заберёт частичку мертвеца? А чтобы заново переродится, нужно больше подобного съесть или же… ещё что-то? Отстраняется. Чья-то жизнь, возможно волчья, нужна для столь серьёзной «операции»? Рей и ранее не горела желанием вернуть себе жизнь – нужны лишь память и независимость от Черноводной – теперь же, осознавая, чем, возможно, придётся пожертвовать ради возрождения, не хочет вовсе. Если жертвы действительно велики, то она перебьётся.
Ещё одна мысль крутится в голове: если сейчас орошить эту рыбу Кхесской, она оживёт? Потому-то мертвоземка и мешкает, размышляя, стоит ли именно сейчас проверять свою теорию. Ещё немного подумав, решает всё же, что лучше не будет отказываться от предложенной, в каком-то смысле, волшебной рыбы, а опыты свои проведёт позже.
Сначала надкусывает, пробуя, первый раз пробуя что-то твёрдое на зуб, а после пары мелких кусочков уже смелее доедает оставшееся. Воды перед уходом Стрир выпила много, а потому не чувствует особой усталости и не чувствует также заметного восполнения сил. Но «разливается» по телу нечто такое приятное, что обычно ощущаешь при питье, и сразу всё становится понятно. Улыбаясь, чёрно-бурая смотрит на Минерву и кивает ей в знак благодарности.

+1

53

Лаки оставила волчиц на несколько минут, а потому часть разговора для неё выпала. Но когда она подошла как раз тогда, когда Минерва говорила про Орден Духа. Да, Рейкстрир еще предстоит многое узнать, прежде чем она окончательно присоединится к Инноваторам. Как минимум, ей еще предстоит узнать свое прошлое - Лаки не раз видела, как это происходит, как воспоминания накрывают с головой, как искажаются волчьи морды от вновь пережитых горя, разочарования, грусти. Лаки всегда тяжело было представить какого это вообще - не помнить доброй доли своей жизни, не иметь возможности вспомнить мать, глаза которой, кажется, вечным образом запечатляются в твоем сознании... Даже те, у кого в их прошлой жизни все было хорошо - и они начинают плакать, потому что часто это невозможно вынести.
В тот момент говорят чувства, говорят души, а не разум. Любовь, боль, привязанность - то, что разум не способен контролировать. В тот момент открывается истинная сущность волка.
Неоднократно Лаки задавалась вопросом, что делает нас нами. Воспоминания ли, опыт, или что-то другое, до чего докопаться пока еще тяжело.
Услышав новый вопрос от Стрир, палевая насторожилась.
- Орлы так же не всесильны, - ответила Лакс. Когда дело касалось орлов, говорить должна была она. Даже Минерва не знала о них столько, как Лаки. - Они большие, они привлекают внимание. Таких птиц во всем Офирите не много. Наблюдать через облака не может и самый и зоркий орел, а если постоянно эти птицы будут мельтешить перед глазами... Это вызовет не мало вопросов.
Лаки говорила мягко, с легкой улыбкой. Она помнила, что Рейкстрир тут совсем недавно, и старалась максимально точно объяснить ей, что к чему, при это не испугав новенькую лишней резкостью.
- А если это будет вызывать вопросы - появятся и новые жертвы. Наши орлы - не пушечное мясо, их жизнь ценна не меньше, чем жизнь каждого другого члена группы.
Уж проще было бы заслать шпиона, но даже если послать преданного Инноваторам мертвеца, не факт, что его не порвут на мелкие лоскутки при любом неверном шаге. Нет, слишком опасно было действовать вот так. В этом плане Лаки понимала Минерву: либо наблюдать со стороны, как это происходило в последнее время, либо же сразу идти в нападение - застать  врасплох, сыграть на неожиданности. Понятное дело, почему она так переживает из-за отсутствия Асурана. По сути, он тот же шпион, только преследует несколько иные цели.
Лакс наблюдала, как Рейкстрир принимает угощение. Она не была уставшей и обессилившей, её жизнь была не на грани, но в глазах проскользнуло что-то вдохновленное, что-то новое, от чего улыбка палевой стала шире.

+2

54

Говорить лишний раз о незнакомых даже самой Минерве существах не хотелось хотя бы потому, что она действительно о них ничего не знала. Судьи хотели защитить свою обитель от уничтожения, поэтому сложили свои головы во благо мира и чистоты, и наверное, очень хорошо, что после них остались какие-то последователи, которые тоже наделены немаленькой силой. Жаль только, что количество этих последователей ничтожно мало. Война унесла все.
Минерва склонила голову, задумчиво и одновременно растерянно глядя в землю. Ей тоже было нелегко понять, почему отец ничего не говорил ей про эту самую войну, про Судный день, предпочтя умолчать об этом до самой своей кончины. И Минерве нечего было ответить Стрир на возникший в ее голове вопрос. Дернув ушами, белая перевела взгляд на новобранницу, ища понимания в ее глазах, как тут же последовал очередной вопрос. Про орлов. Безусловно, право ответить на него взяла Лаки, и Обвинительница нисколько не смутилась, наоборот - обратила взор к рыженькой, столь же внимательно ее слушая. Она права: орлы стали для Инноваторов надежной силой и опорой, не зря их называли в стае "поддержкой". И рисковать птицами было не то чтобы не выгодно - запрещено. Слишком уж ценны они были как боевая единица. Утвердительно кивнув в поддержку слов Лакс, Минерва вновь обратила взгляд на Рейкстрир.
- Орлы говорят только со своими спутниками, с другими им разговаривать не дано. И Лаки права - столь огромные птицы привлекут слишком много внимания.
Хотя если вспомнить про ускользнувших Кватро и Дуо... какой же переполох они могут поднять на этом самом юге? А вдруг и какое дополнительное войско приведут? Все-таки молодцы ребята - делают свое дело. Мысленно поблагодарив друзей, Минерва опустила взгляд на рыбу, к которой притронулась бурая волчица. Все это было ей в новинку, она не совсем понимала надобность этого или скорее просто не могла вспомнить свою инстинктивную привычку, доставшуюся от живых.
- Ты права, - кивнула Минерва, улавливая мысль про "что-то покрупнее. - Чтобы оживить одного из мертвоземцев, требуется волчья жизнь. Поэтому все мертвые Инноваторы питаются пищей, подобно живым, чтобы и самим чувствовать себя нами, - приподняла морду, смотря куда-то в сторону берега. - Просто так забирать жизнь у одних и отдавать ее другим мы не имеем права.
Кира был единственным, ради кого она пошла против законов. Ей нужны были последователи, но среди тогдашних Инноваторов не было ни одного, кто бы подходил на эту роль больше, чем Кира. Фрага и вовсе отказался от подобного предложения. И верно - он ведь видит, как его возлюбленной тяжело. А вот Кира вызвался сам. Вызвался защищать свою новую семью. И ради этого ей пришлось подарить ему жизнь. Чью-то жизнь.
- Что же, - вздохнула, прикрыв на мгновение глаза, улыбнулась и посмотрела на своих собеседниц. - Раз было принято решение дождаться прихода Асурана, у нас есть время отдохнуть и набраться сил, - волчица поднялась на лапы, легко встряхнув своей длинноватой "гривой" и подступилась поближе к Стрир, заглядывая ей в глаза.
- Я не заставляю тебя воевать, Рейкстрир, - серьезно, но мягко произнесла она, на лице ее отразилось сочувствие. - Ты сама вольна выбирать, чему верить и за кем идти. Тебя никто отсюда не гонит, но... если ты решишь, что наши правила и цели - не для тебя... ты никогда о нас не вспомнишь.
Волчица подбадривающе улыбнулась, пытаясь показать, что эта мера - вынужденная, и кивнув обоим волчицам, отправилась прочь, в сторону Орлиного Пика.

--->> Вне игры

+1

55

Почти на каждое отрицание её мыслей, идей, волчица находит аргументы в свою защиту, так привыкши сопротивляться любому. Рей думается, что планы её непоколебимы, думается, что любую здешнюю проблему можно решить достаточно просто. На вопрос об орлах отвечала - немного неожиданно для чёрно-бурой - Лаки. Повернувшись к ней, Стрир внимательно слушала: да, она уже успела оценить размеры этих прекрасных птиц, но также оценила и возможности и предполагала, что пернатых вполне можно использовать для самых разнообразных целей. Да только сейчас уж от былой решимости вновь практически ничего не осталось. Или то трезвый ум заговорил? Ведь палевая орлов не первый день знает, в отличие от мертвоземки, и кому как не ей оценивать их способности и возможности. Что ж, ладно, пусть зародившиеся идеи по поводу разведки юга пока и остаются лишь в голове, время всё обдумать пока ещё есть, хоть и немного.
И всё-таки не понимала ещё до конца Рейкстрир, как с такими возможностями Инноваторы сидят на месте, не исследуя мира. Да, понятно, у них проблема на западе – Мёртвая земля, которая, к слову, также словно запертая в четырёх стенах, привязанная к источнику, но при этом не имеющая всего того преимущества, что есть у Инноваторов, но всё равно… Чёрно-бурая считала великим счастьем иметь возможность искать ответы на свои вопросы, знания, потому что не особо могла себе этого позволить, отлучившись от Черноводного, а тут же… все благоприятные условия для подобного, а никто и не пользуется.
Волчица слабо надеялась на ошибочность своего суждения о возрождении мертвеца, и Обвинительница быстро подтвердила не самые приятные мысли Рей: для подобного дела действительно нужна волчья жизнь. Прикрывает глаза, отводя уши назад. Возможность дышать, слышать стук собственного сердца, ощущать тепло, разносимое настоящей кровью, возможность принести потомство, подарив жизнь волчатам… Стоит ли всё это чей-то жизни? Имеет ли права она просить подобное от здешних, да и любых других живых? «Нет». Можно прожить и без этого. В конце концов, и в мертвецкой жизни можно найти плюсы и некоторые преимущества…
Теперь же надо было подводить итог, Минерва завершала эту беседу, завершала вновь предложением выбора, ответ на который Стрир уже буквально готова была кричать, но молчит, решая в последний раз ещё раз всё взвесить. Под конец, правда, открывается одно условие… и сразу становится понятно, отчего мертвецы, которые, возможно, побывали здесь, молчат об Инноваторах. Да им просто нечего говорить – память стёрли, словно как после смерти это сделал Кхес. Второй раз терять воспоминания, эти ценные полученные знания, становясь вновь ничего не сведущей в устройстве мира, чёрно-бурой не хотелось.
Проводив белую волчицу взглядом, Рейкстрир переместилась чуть ближе к проёму пещеры, укладываясь рядом с ним. Стать участником войны в любом из двух вариантов придётся наверняка, как бы сильно не хотелось мертвоземке убивать, так что в этом плане выбирать не приходится. В остальном же… Стрир глядит на запад, туда, где осталась Мёртвая земля с её гневом и жестокостью. Там она никому не нужна со своей верой в светлое, здесь же… «Ваши цели – это для меня». Средства их достижения уже другой вопрос, и не его сейчас надо решать. И на данном этапе всё кажется предельно простым.
Чёрно-бурая кладёт голову на лапы, скользя взглядом по Лаки, силуэтам Кагари и Киры на пруду, останавливая его на точке прямо перед собой. Окончательное и твёрдое решение принято: она остаётся.

--->> Вне игры

+2

56

Решение было принято. Как Минервой, так и Рейкстрир. Первая окончательно позволила новенькой остаться, так же, как и всем предлагая выбор. Стрир же, похоже, выбрала из этих вариантов один, приемлемый для себя. Лаки просияла.
Еще один мертвоземец среди живых. Это хорошо, это доказывает, что не такие они все и разные - живые и мертвые. Вон, Стрир - она действительно была добра, и знала, чего хотела. В отличии от Лилит почти не сомневалась, будто бы всегда знала о существовании Инноваторов и всю свою осознанную жизнь к ним шла. Быть может, это и было частично правдой - Рейкстрир могла чувствовать, что все совершенно не так, как она привыкла, что есть в этом мире что-то другое, светлое, лучшее.
Лаки кивнула уходящей Минерве.
- Обвыкайся тут пока. Ты быстро привыкнешь, - обратилась она к Стрир, и вышла из пещеры.
Лакс собиралась подняться выше - к орлам. Утро было полно неожиданностей, напряжения, непонимая. Палевая чувствовала себя истощенной и уставшей, ей хотелось побыть в одиночестве и отдохнуть. А точнее не в одиночестве, а в компании больших пернатых хищников - когда она находилась с ними, ей казалось, что у самой отрастают крылья.
Чуть отойдя от лагеря, Лаки перешла сначала на рысь, потом на бег. Откуда-то сверху послышался клекот, и белоперый орел камнем упал вниз, резко выровнявшись прямо над спиной волчицы, накрывая её своей тенью и продолжая полет в таком положении.
- Ничего, Лэдженд, все обойдется, - ласково произнесла Лаки, а её спутник, игриво клюнув волчицу в ухо, обогнал хищницу и полетел чуть впереди.
Все обойдется. Когда-нибудь, наступит такой желаемый всеми, гармоничный и уравновешенный мир, к которому так стремится Минерва и все остальные.
Когда-нибудь...
Если потом не окажется, что гармония и проявляется в этом - в сражении, в постоянной борьбе за лучшее будущее, в те времена, когда абсолютно каждый, в первую очередь, должен сразиться с собой. Гармония - в противостоянии, в постоянном равновесии между добро и злом, и вся суть в том, что никто из них, никогда не сможет одолеть другого.

--->> Вне игры

+2

57

Конец сезона

Все неотыгранные события можно перенести в раздел флешбеков.

0

58

--->> Вне игры

Кроме того, чтобы лежать, уставившись в пустоту - делать больше было нечего.
Рыжая в который раз пожалела, что не может спать. Она лежала, положив узкую морду между передних лап, спиной ко всходу, уставившись немигающим взглядом в противоположную стену.
Ей было, о чем поразмыслить, но, признаться честно, Хайд упорно не хотела этого делать. Мысли были так же упорны в своем стремлении пробраться в голову рыжешкурой и прочно там укорениться.
В пещере было пусто. С отлетом части Инноваторов, которые образовали Форт, вообще стало непривычно пусто во всем, что окружало Хайдарак. Добрая часть волков, к которым разведчица уже успела привыкнуть, теперь бороздили просторы Южных Земель. Оставшаяся на Севере часть стаи сейчас пропадала непонятно где. А для неё, Хайдарак, не придумали ничего лучшего, чем засадить под домашний арест. В то время, как она действительно могла бы помочь.
И это уже не говоря про встречу с Голиафом... Рыжешкурая никак не могла определится, доверяет она ему или нет. При мысли о том, чтобы остаться с сыном наедине, её кидало в дрожь. Но с другой стороны - так хотелось верить, что осталось в Голиафе хоть что-нибудь от того, кем он был раньше. От Юлия, которого помнила Хайдарак.
Но нет, не стоит лишний раз себя обманывать. Нужно быть осторожной, несмотря на все свое неистовое желание верить в него.
Еще Хайди угнетало её нынешнее положение. Ей было не велено выходить из лагеря, и волчица понимала, что должна выполнять отданный ей приказ. Но в тоже самое время она упускала шанс вновь встретится с Голиафом. Если он поверил ей сейчас, то продолжит ли верить, если она не явится на назначенную встречу?
Хайд передернуло. Она не знала, как поступить, и это вводило её в прострацию. Хотелось просто лежать и ничего не делать, оставить все на самотек. Это был тот случай, когда Хайдарак была готова ничего не решать до самой последней секунды. Не планировать, не разбираться. Просто выжидать, вдруг что-нибудь поменяется... Хоть что-нибудь...
Но время шло, а ничего не менялось.

+1

59

Путь назад пролегал уже по земле, пусть Сандрок и предлагал прилететь и отвести обратно. Но уж нет, коли орел полетел по своим делам, то пусть и летит, я не намеревался дергать его, да и не маленький, вполне был в состоянии добраться сам. Даже после того, как белоперый прилетел сам, указав направление (ибо я всё-таки заплутал), я настоял, чтобы тот посвятил себе, будь то охота, другие орлы или просто полет в своё наслаждение.
Миновав просторы разного содержания и оказавшись среди холмов, где ветер уже утратил свою силу, я спокойно и с наслаждением вздохнул полной грудью, ратуя, что почти добрался до дома. А может пытался выявить наличие вернувшихся... Но нет, воздух был чист, ушедшие на Юг явно не вернулись. Пока что.
"Значит позже."
Я не расстроился, по всяком случае это не было видно. Лишь отряхнувшись, оглянулся, но Флей так и не приметил. Уж как я умудрился упустить волчицу из виду - не знаю. Может, Сандрок просто показал мне самый короткий путь и я обогнал её. А вполне вероятно, уж коли на то пошло. Так что я снова не слишком переживал по поводу таких дел, а просто нырнул в малоприметной пещере.
- О, привет, - несколько удивился я, обнаружив уже при входе в пещеру рыжую. Лилит пребывала... в несколько отрешенном состоянии, что ли. Впрочем, это не помешало буквально за два прыжка сократить расстоянием и плюхнутся рядом. - Флей не видела? А то я умудрился потерять её в дороге, - честно выпалил я, улыбаясь.
Мертвая. И что с того? В том плане, что волчица некогда была принята в Инноваторы, а это уже многое значило. Другое дело, что волчица находилась тут, а вести в стае разносились быстро. Не без телепатии орлов, конечно, но я не стал затрагивать больную тему. В конце концов, Минерва вынесла своё решение и да, рыжая выполняла его.
- А там, - я кивнул мордой в сторону выхода, - Дождь собирается.
Вот спрашивается, зачем я это всё говорил? А это и половиной не было из возможного разговора. Но с чего я должен был молчать? Лилит и правда выглядела не наилучшим образом, и если был шанс как-то её отвлечь, то почему нет? Единственное, что я не стал сразу забрасывать её потоками слов: о Форте, о предположениях, моих и Флей, о скором возвращении Югоискателей, о чудесно проведенном дне и прочем. Но это не значило, что я не собирался, да и взор зеленых глаз был довольно внимателен, наблюдая за волчицей.
"Что же именно с тобой творится?"
Не зная, было бесполезно и пытаться понять, а задавать вопрос в лоб я пока не хотел. Как-то... не тактично. Было бы лучше, если бы рыжая сама подняла тему, её волнующую, так невзначай, а я бы обязательно поддержал и попытался понять.

+1

60

Позади послышались шаги - Кватро, не скрывался. Хайдарак подумала о том, чтобы повернутся и поприветствовать состайника, но решила, что он, в общем-то, может идти не к ней, а просто так, отдохнуть.
Удивленное приветствие только подтвердило её догадку. Хайд причмокнула языком, что должно было означать то ли "привет", то ли "отцепись от меня". В несколько бодрых прыжков самец очутился рядом, и разведчица почувствовала боком тепло живого тела.
Ей всегда нравилось ощущение, и нравилось лежать рядом с живыми. Это согревало. Не то, чтобы Хайд испытывала физический дискомфорт от того, что её собственное тело не выделяло тепло, но рядом с кем-то другим было как-то... Уютнее что ли.
Кватро задал вопрос о Флей, и Хайд скривилась. Докучливое внимание состайника ей не нравилось. Хайд хотелось быть одной и страдать так же в одиночестве, Виннер со своими вопросами никак не вписывался в её планы.
Волчица подняла голову и повернулась к самцу, выражение её морды ясно говорило о том, что она не хочет сейчас ни с кем общаться, и рыжешкурая собиралась сказать об этом Кватро, при чем не слишком вежливо.
Но, увидев улыбку разведчика, его добрые глаза и сочувствие в них, Хайд помедлила. Постепенно неприветливое выражение сползло с её морды, и сменилось уставшей улыбкой.
- Нет, я её не видела, да и думаю, если бы увидела - ты бы её быстро нашел по крикам и ругани, - и снова положила голову между лап.
Может, не так уж и плохо, что Кватро пришел? Хайдарак ждала Лаки, потому что ей казалось, что Вестница, как женщина, должна лучше понять её. Разведчица решила немного подождать. Кватро уходить не собирался, и снова попытался завязать разговор, обратив внимание на погоду.
Рыжая почувствовала, как внутри неё расползается теплота по отношению к состайнику. Хорошо, что она сдержала свой порыв, не нагрубив ему. Кватро ни в чем не виноват, и она не должна срывать злобу на нем.
Интересно, он уже знает, что произошло? Донеслись ли до него слухи? В этой стае практически невозможно что-либо скрыть. Иногда Хайд это нравилось, а иногда, привыкшая к затворничеству волчица желала, чтобы все было по другому.
Рыжая снова посмотрела на Виннера, немного улыбаясь ему краешками губ. Нужно ли ей вываливать собственные проблемы на кого-то другого? Раньше бы она ни за что так не сделала бы. Но Кватро, кажется, сам того хотел, потому что молчание тянулось, а он не пытался даже уйти куда-нибудь.
Хайди решила зайти из далека.
- Как ты думаешь, Лаки отведет меня к орлам, если я попрошу её? - задала она свой вопрос. - В том смысле, что... Я знаю, что для этого надо обладать определенными качествами. Сам понимаешь, прошлое у меня так себе. Да и настоящее хромает...
Хайд снова улыбнулась, но за этой улыбкой скрывалось волнение и опасение. Рыжая знала, что если она попросит, её отведут к гнездовью, и на самом деле, за таким вопросом скрывалось нечто другое - она боялась, что ни один орел её не выберет.

Отредактировано Хайдарак (2015-09-24 14:47:13)

+2


Вы здесь » Наследие | Волчья Песнь » Верхний Тэмен » Лагерь Инноваторов