Очередь

Наследие | Волчья Песнь

Объявление

Новости форума




2 декабря 2017 г.
Уважаемые гости и игроки!

Форум снова готов продолжать игру! Можете смело регистрироваться и писать анкеты.
Внимание! На форуме нет и не будет рекламы!
Просьба также ознакомиться с новыми сроками на отпись игровых постов в правилах форума. Уведомляем, что профили с форума, которыми вы играли до момента заморозки, удаляться не будут, даже если вы не планируете вводить их в игру. Даже если вы не хотите ими играть. Даже если они мертвы. Те, кто не отметился в перекличках, перенесены в неактивных пользователей.
Исключениями остаются профили, не подавшие в срок анкеты и отсутствующие на проекте более трех месяцев. Мы постарались сделать для вас наиболее гибкие условия для нахождения на ролевой ^_^
Желающим присоединиться к нашему коллективу просьба ознакомиться с акциями на нужных в игру персонажей С:


В игре


Дата и время
---------------
17 день, 9 луна (месяц Первого Лика) 31 года
15:00 - 18:00

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наследие | Волчья Песнь » Асур » Серая пустынь


Серая пустынь

Сообщений 1 страница 30 из 44

1

http://i.gyazo.com/37af96891b05b692dbf55ae82a3abc23.png
Множество змей и скорпионов водится в этих местах: всякий ступающий в эти пески должен беречь лапы и держать ухо востро - по этим землям частенько гуляют представители табуна Цератоса.

Ближайшие локации:
- Зубья Тэмена (Асур)
- Цветочный луг (Асур)
- Цветочный луг (Асур)
- Асурская стрела (Асур)
- Брешь (Асур)
- Западное побережье (Асур)

0

2

пост не учтен системой

Для Абхи
Вороной жеребец явно был лидером в этом дуэте патрульных - он выходил чуть вперед, постоянно кого-то или что-то высматривая, но из поля зрения Абху не упускал, несмотря на то, что гнедой напарник держал ту за клок гривы у основания черепа.
- Да перестань ты канючить, - огрызнулся черный, повысив голос. - Какая тебе разница, зачем ты нам понадобилась?
- Годков бы тебе побольше - я бы тебя в супруги взял, - как-то мягко, с иронией проговорил второй, пытаясь заглянуть лошадке в глаза.
- Ой, да брось, Гатли, - заржав, выкрикнул напарник. - Ты бы серьезно помолвился с Локонской кобылой?
- Смотри, какая она спокойная и без выкрутасов...
Не ответив ничего, черный вновь повернул голову вперед, глядя на кажущиеся бесконечными края пустыни. Серые тучи гнали дождь в эти края, и нужно было торопиться. Интересно, хватит ли Цератосу одной малолетней лошади ради того, чтобы подстегнуть своего врага и вынудить его ввязаться в противостояние? Ох, уж эти тонкости политики... Ни Гатли, ни этому вороному не было дела до них, они лишь просто выполняли то, что приказывало начальство.
- Ладно, расскажи, как там дела в вашем захолустье, - вороной небрежно вильнул хвостом, едва задевая Абху по морде, и двинулся вперед, напряженно держа голову прямо.
Процессия шагала по песку в неизвестном пленнице направлении, где-то за спиной остались родные просторы Армады, и никто... никто не кинулся в погоню. Ловко же подкараулили Цератосцы невинную лошадку, и ведут теперь непонятно куда и непонятно зачем.
Через какое-то время появились и другие лошади, некоторые смеялись, некоторые злорадно ржали и били копытами, а самые смелые и наглые подбегали ближе, будто бы приравниваясь к белошкурой пленнице по росту.
- Где там командир? - выкрикнул кому-то черный, и получив неразборчивый ответ, обернулся на Гатли, который все еще мусолил бедняге гриву зубами. - Да отпусти ты ее уже. Не сбежит - тут надзор хороший, - и поднеся морду поближе к Абхе, злобно хмыкнул. - Готовься, милочка.
Нехорошая ухмылка разрезала морду вороного, и он скрылся из виду. Кажется, ушел за "командиром". Кажется, здесь, в этих пустынных местах и располагался Лагерь так называемой Орды, табуна Цератоса. Лошади его, выщипывая последнюю траву из песка, с интересом и презрением одновременно наблюдали за Абхой, словно ожидали чего-то...

w

+2

3

За время пути я благоразумно помалкивала. Ох, как же мне хотелось вновь пустить в ход зубы, чтобы, как говориться, хоть напоследок отцапать одному из  похитителей ухо. Десна чесались, но каждый раз я останавливала себя и заставляла сосредоточиться на подсчете шагов. Погибнуть  всегда успею. Тем более, мысль о боли и смерти пугали. И пусть злость порою и могла заглушить этот страх, разум быстро возвращал меня к реальности.
Быть затоптанной – не значит умереть мгновенно и уж тем более достойно.
Так что я шагала вперед, отфыркиваясь от попадавшей в нос пыли и поглядывая на горизонт, где собирались темные облака. Дождь был бы кстати, он прибил бы песок к земле и дышать стало бы гораздо легче. Пусть мелкая неприятность в этой огромной беде, но все же положение мое было бы не столь плачевным.
Вскоре на нашем пути стали попадаться и другие лошади. Их злобные взгляды впивались в наши спины, хотя я совершенно не понимала, что является причиной их злости. Что ж такого я успела совершить? Хотя, конечно, причина не во мне. Однако не сложно догадаться, кто будет козлом отпущения.
Естественно, ничего я им рассказывать не стала. Этих-то наши радости и горести не слишком-то и волнуют. А, кроме того, во что нынче играют жеребята да где трава самая вкусная, я и не знала. Дела табуна никогда меня особенно не интересовали. А его история казалось предметом скучны  и недостойным внимания.
Так что я послушно остановилась и лишь прижала уши, когда морда вороного оказалась в непосредственной близости от меня. Но стоило им скрыться из виду, я вздохнула свободно и стала с любопыством оглядываться по сторонам.
Окружающие лошади казались мне измученными и худыми. Пыльными. С чего бы это они осели здесь, где трава еле-еле пробивается сквозь серый песок? Но, судя по неприветливым взглядам, никто мне на это не ответит. Может, трава здесь просто какая-то особенная?
Я опустила морду и тоже ухватилась за чахлые ростки. Пфрр, ну и гадость? Как только они это жуют? Да еще и песок скрипит на зубах. Но выплевывать растительность я не стала. Вдруг это оскорбит здешних? Пришлось пережевывать, слушая скрип пыли на зубах.

+1

4

пост не учтен системой

Для Абхи
- Ну что там, где Цератос? - неожиданно поспешил осведомиться Гатли, отпустив, наконец, лошадку, но не отходя от нее.
Странно, но ему было как-то жалко что ли, отдавать это невинное дитя на разнос вожаку. Тем не менее, Армада не вызывала в нем ничего кроме отвращения, и с какой-то стороны пегому было плевать, что произойдет.
- Он там еще одного выловил, - нехорошо ухмыльнулся вороной, оглядываясь на невысокие скалы невдалеке. - Тот покрупнее шишка, - перевел взгляд своих карих глаз на Абху, укоризненно продолжив. - Возможно, и эта малолетка ему не понадобится.
Выходит, зря они ее выловили - раз у Цератоса в копытах кто-то поважнее, то действительно, зачем ему какая-то молодая лошадь, от которой ничего не добьешься? С другой стороны, зная Локона, даже эта мелочь станет для него копьем в сердце - он всенепременно кинется спасать и ее, что будет только на лапу Орде.
Из-за холма, который находился ближе к скалам, вышел крепкий коренастый жеребец игреневой масти. Ветер трепал гриву, морось била в глаза, заставляя коня чуть жмуриться. Ударив здоровенным копытом по песку, он мотнул головой, словно бы приказывая Гатли и его сообщнику вести очередную пойманную, и, развернувшись, вновь пропал за холмом.
- Дааа, - блаженно протянул вороной, томно улыбнувшись и покосившись на Абху.
Кажется, ему будет только доставлять удовольствие приближающийся "суд".
- Все, пошли, - гнедой подтолкнул лошадку вперед плечом.

Переход вместе с Абхой Лагерь Орды

0

5

Конец сезона

Все неотыгранные события можно перенести в раздел флешбеков.

0

6

Да, определённо, красные глаза завели Атрокса в Серую пустыню. Он, конечно, совсем в фиг не дул, где находится, но точно знал, что эта Серая пустыня. Цвет песка выдавал её, а также растения. Атрокс уже видел такое странное сочетание песка и растительности. Только в Серой пустыни растёт множество зелени прямо в песке. Интересно, эта земля нейтральна? Волк искренне надеялся, что не нарвётся на лошадей. Лошади бесят его только одним своим видом. Серая пустыня - территория открытая. Если кто-то появится, то заметит Атро сразу же. Это тебе не лес, где можно спрятаться под кустом.
Атрокс еле-еле волочил свои ноги. Делал он это просто так. Кажется, будь он живым, то волочил бы их элементарно от усталости. Будучи мертвецом это можно делать просто так. Путешествие изрядно разозлило Атро. Раньше в стенах Мёртвой Земли он готов был вести себя сдержано, но теперь ему плевать. Ему так хочется задрать кого-нибудь просто так, чтобы снять стресс. Утопить кого-нибудь в дерьме - тоже неплохо.
Ну, дальше-то Атро знает куда идти. На Цветочном лугу он бывал много раз. Розовое местечко. Пахнет цветочками и другой приятной мерзостью.
Как же надоело... Как же надоело подчиняться кому-либо. Всех, кроме Дикого, стоит послать на хер. Никто не авторитет для Атрокса, кроме Белополосого. Пусть ведомые подавятся кхесской водой. Пусть только рот откроют, и им конец. Отныне никто не указ, кроме Дикого. Ему и решать, что делать. Особенно бесило Атро, что некоторые бабы стояли выше него. Хисант, Сехмет. Бабы. Это прям вот расстроило Атрокса. Как Дикий это позволил? Почему-то этих двух он не считал достойной кандидатурой. Одна, правда, уже погибла. Хотелось верить, что погибла не напрасно. Хотелось верить, что её смерть не была такой глупой. Она хоть сражалась?
Дорога домой всегда кажется более быстрой. Волк размышлял, думал о всяком. Благодаря этому и не заметил, как стал заходить на Цветочный луг.

0

7

   Пустынь встретила путников обычным недружелюбием: ветер закручивал невысокие песчаные вихри, частицы которого изредка попадали в глаза, обветшалая трава хрустела под копытами и лапами, что несильно проваливались в рыхлый песок. Ночью здесь всегда казалось прохладнее, чем в иных местах; впрочем, так и было - да и вообще этот пустынный пейзаж напоминал стёртую в кровь застарелую рану на морде мира. Незаживающую, неглубокую, распространяющую по остальному телу гниль и медленно его убивающую.
  Но что дело детям земли до состояния своей матери? Конфликты, сражения, войны, власть, выживание... никого не заботило то, что творилось вокруг, никто не желал поднять голову и охватить взором не только кусочек суши, принадлежащий ему, но и весь мир в целом. Вдруг основы мироздания уже давно подкосились, а столпы творения треснуты настолько, что вот-вот рухнут? Что если Офирит стоит на самом краю обрыва, готовый сорваться в бездну?
  Все заняты лишь собой. Так было всегда, так есть, так всегда и будет; а когда самому миру настанет конец, никто не сможет ему помочь. Никто.
  Скира шёл, понурив голову, глядя куда-то в пространство перед собой. Раньше он не слишком позволял себе отвлекаться на "мирские" проблемы - дела Армады казались намного важнее. Но теперь, что теперь? Встреча с Мёртвыми всё изменила. Когда сама жизнь перестаёт быть гранью, когда неживое становится живым, это ведь должно что-то значить? Волки открыли жеребцу глаза, заставили оглядеться хоть немного. Что же он увидел? Хаос. Хаос и сумятицу, боль и страдания, ненависть и море гнева... И безысходность. Складывалось ощущение, что не только табун в опасности, но и весь мир. Что-то происходит... а лошади продолжают тыкаться носом в траву - им всё равно, им плевать.
  Жеребец тряхнул головой, на секунду прикрывая глаза и освобождаясь от посторонних мыслей. Серая пустынь - граничная с Ордой территория, и здесь не стоило терять бдительность. Мироздание мирозданием, но мало ты сможешь ему помочь, будучи убитым слепыми фанатиками. Хотя вот некоторые нашли способ вернуться... Скира покосился на самку; как же всё-таки они воскресают? Только ли волкам благоволит судьба и Боги разрешают начать всё с чистого листа, или же...
- Здесь - осторожнее. - Негромко предупредил де Вара. Взгляд его напряжённо пробежался по окрестностям, силясь загодя уловить чуждое темноте движение. - Мы находимся в Серой пу́стыни, а она напрямую граничит с территориями Орды.
  Рыжий решил провести хищницу по западной части этой земли: так они быстрее попадут к переднему фронту, да и вероятность наткнуться на разведку Ларроса и Цератоса существенно уменьшается. Если что - Армада рядом, под боком, и громкий клич Гвардейца наверняка должен будет выцепить из близлежащих лесов пару-тройку патрульных.
- Зачем тебе понадобились ордынцы? - Скира чуть повернул голову, дабы лучше видеть самку у себя под боком. - Они предпочитают встречать незваных гостей тяжёлыми копытами, так что договориться о чём-либо с ними не получится. А сражаться с целым табуном таким малым количеством... невозможно, даже если ты мёртв. - Жеребец позволил себе лёгкую ухмылку; всё же с двумя-тремя противниками он справиться сумеет, но вот незадача: суть берсеркера в бою неминуемо возьмёт верх. И что тогда? А тогда прощай, клятва - Скира не остановится, пока не перебьёт всё, что двигается в радиусе сотен метров. Этого допустить никак нельзя, и единственный выход - не ввязываться в драку. А на границе с Ордой выполнить подобное будет весьма сложно.

+1

8

Взгляд незаинтересованно скользнул по пейзажу, но ничего. Ничего интересного и такого, что могло завладеть вниманием, лишь тот факт, что если это граница с так называемой Ордой... Что же жрали эти копытные в таком месте? Но пустыни не лишены оазисов, да и по ту сторону могло быть что угодно, так что я оставила этот вопрос, даже не подумав озвучить.
Ветер играл с гривой проводника и шерстью на загривке. Я чуть прикрыла глаза и едва заметно улыбнулась. Слабый отголосок бился в подсознании, намекая на то, что мне нравится, но недостаточно сильный и яркий, как у живых. Но даже такое казалось многим: для того, кто вообще ничего не чувствует.
"Может, я с дефектом?"
Хмыкнула, усмехнувшись. Да уж, от того и проблемы. Чертовки удобно всё спихнуть на то, что ты не такой, как остальные. Удобно и не правильно, а потому смешно.
Уши были чуть прижаты к голове, но всё-таки вслушивались в происходящее вокруг, как и в Безликом. Мало ли, какие неприятности готовы явится по доброте своей душевной с искренним желанием развлечь двоих путников. И да, вот плевать, что в яме видали они такие подарки, это ведь уже никого не интересует. К тому, что окружающим вообще нет дела друг до друга можно было давно привыкнуть, некоторые так и сделали, кто-то даже перехватил подобную идею. А порою становилось просто тошно и обидно. Но это так, из рубрики "никому не интересно", да и сейчас я всё-равно то и дело осматривалась. Рыжик вот тоже шёл, будто бы напрягшись более, чем раньше, а это что-то да значит.
Так и оказалось.
- Угум, - пожала я плечами. Не стала говорить, что пустыня большая, или что в темноте шансы у противника значительно ниже. Проще просто согласится, развитие темы тут было немного бестолковым.
- А кто сказал, что я собираюсь договариваться с ними? - хмыкнула я, глядя на коня. После взгляд перевелся на окрестности, вновь осматривая безжизненное плато. По идеи, уж если кто первый и заметит что-то постороннее, так я, а такой козырь по рассеянности терять нельзя. Хотя, желания, чтобы он вообще пригодился, не было.
- Видимо, табун против табуна тоже относится к разряду не самых хороших идей, - проговорила я, всматриваясь в горизонт. Не тянула время, просто сама пыталась понять, надо ли... Границы я увидела, примерное расположение второй потенциальной проблемы для Дикого знала, так всё, можно закругляться? Но что-то мешало.
- Как думаешь... - протянула я, всё также не поворачивая головы, - ... Возможно ли натренировать ваших бойцов так, чтобы они получше ориентировались в темноте? В бою это было бы одним из преимуществ, плюс внезапность: с чего бы нападение свершать в темное время суток. Плюс, тройка клыкастых, подрезающих ноги противнику...
Я перевела взгляд на рыжего. На морде ни следа хоть какой-либо эмоций, но в глазах огонек. Непоколебимый, серьезный, но и с какой-то недоговоркой. Но так то подумать: и впрямь, зачем я говорила про это? Предложение или так, мысли вслух?
- Тебя как звать то, рыжик? - вдруг усмехнулась я, махнув хвостом. Ну, а что за дела и порядок, столько гуляем уже и не знать, как хоть примерно друг друга можно обозвать. Совсем плохо. В конце концов, это только имя, даже не должность. Но в алом взоре появилась то ли улыбка, то ли усмешка.
"Скажет, нет?"

Отредактировано Tenebrae (2015-10-20 00:36:47)

+1

9

Жеребец и волчица неминуемо приближались к границе с Ордой, но враг пока никак себя не проявлял; складывалось обманчивое впечатление затишья перед бурей. Атмосфера давила своей инертностью - ни одного диверсанта поблизости, ни одной разведгруппы, никого... Несмотря на то, что формально пустынь принадлежала Армаде, лошади чужого табуна нередко захаживали на неё: кто-то для того, чтобы злостно подгадить где-то в сторонке, кто-то высматривал отважных слабаков для самоутверждения. Были и те, кто силился уводить каждого попавшегося на пути одинокого коня в плен, были и убийцы. Вульфрик, один из лучших дозорных, осыпал вожаков докладами, как каплями воды во время проливного дождя. Лишь напряжёнными стараниями гвардии и патрульных Армада ещё удерживала территорию в своих копытах - Ларрос и Цератос охочи были отхватить себе кусок побольше. Пусть и такой... ненужный.
  Скира вновь скосил глаза на волчицу, не поворачивая головы. Та казалась какой-то сосредоточенной; на её морде буквально застыл процесс обмозговывания каких-то одной самке ведомых проблем. Её алые глаза напряжённо оббегали горизонт, то самое место, где располагалась ордынская граница. На секунду жеребцу показалось, что черношкурая действительно собралась в одиночку "таранить" вражеский табун; но лишь на секунду - не могут же мертвецы оказаться настолько самонадеянными? Да и с чего бы им помогать Армаде, ведь выгоды непосредственно для стаи сие действо вряд ли принесёт?
  Но Скира ошибся.
  Иронический вопрос волчицы, а затем и её слова заставили жеребца перевести на неё недоумённый взгляд, остановившись и подняв голову со вздёрнутыми вверх ушами. Самка говорила о странных вещах; о возможности натренировать у лошадей "ночное зрение", о внезапном нападении на Орду под покровом темноты, о помощи тройки... волков? В войне против Ларроса и Цератоса? Но Скире, узнавшему лишь несколько десятков минут назад о попытке Гуго выпросить поддержку клыкастых, показалось, что она вышла неудачной. Ведь волчица сама сказала, что то было похоже на жалкий торг при отсутствии права диктовать условия... и теперь она предлагает добровольную помощь? Безвозмездно?
  Жеребец тряхнул головой, прогоняя ворох засевших в мозгу вопросов, и сосредоточился на происходящем. Взгляд его машинально пробежался по окрестностям, останавливаясь на алых глазах-точках черношкурой гостьи.
- Если подкорректировать их режим, - начинать тренировать бойцов с наступлением темноты и до рассвета, а наутро отправлять их на отдых, - то, думаю, что-то и получится. - Задумчиво протянул Скира, уставившись себе под копыта и рассматривая светящиеся под луной песчинки. - Глаза лошадей мало приспособлены к ночным вылазкам, но благо мать-природа наделила своих детей возможностью приспосабливаться к обстоятельствам. - Жеребец вновь перевёл взгляд на волчицу, вперившись в её горящие странными искорками глаза. - Но ведь ты говорила, что попытка Сенатора выторговать у стаи помощь провалилась, разве нет? Не подумай, что я отказываюсь, - спешно прибавил он, - просто, как мне показалось, игра за спиной у вашего вожака может дорогого стоить - как нам, так и его состайникам. Согласится ли он выделить своих воинов ради ничего не значащего для него конфликта?
  А затем последовал ответ на последний вопрос, заданный волчицей - действительно, есть что-то неприятное в том, чтобы не знать имя существа, с которым ведёшь диалог... без пяти минут - политические переговоры. И, возможно, очень важные для Армады.
- Зови меня Чернояр.

Отредактировано Скиррейн де Вара (2015-10-20 16:15:14)

+1

10

Для Скиррейна и Тенебры
Что же, сейчас собеседникам было бы неплохо прикрыть рты: раздалась чья-то тяжелая поступь где-то за песчаными холмами. По звукам лошадей было несколько, точное количество можно определить, только если увидев их воочию. Слышались голоса, но о чем велся разговор между идущими, нельзя было разобрать.
В какой-то момент, волчице и армадовцу могло показаться, что путники идут именно к ним. И чтобы не стать жертвой возможного нападения неизвестного количества оппонентов, желательно где-то спрятаться.

~ Maxwell

Отредактировано Game Master (2015-10-20 17:21:01)

0

11

"Удивлен?"
В глубине чего-то, чем была заменена душа, я была довольна. Сам факт, что содеянное вызывало что-то необычное у окружающих, грело сердце. Это не обязательно должны были быть кровавые или злобные вещи, но вот в силу порядков, подобное проявлялось чаще... Но не в этот раз.
Я чуть улыбнулась и села. Правда, левое рваное ухо продолжало двигаться, улавливая происходящее вокруг. Бдительность. Тут и так ползала всякая ночная живность, просто мне не было дела до всяких скорпионов.
Жеребец тряхнул головой, будто бы заставляя ворох дум лечь по новому. Возможно, так нужная мысль могла оказаться ближе, на поверхности. Я же ждала, молча, всё также чуть улыбаясь. Вот ведь интуиция, странная штука. Я понятия не имела, кой смысл мне нестись прочь с Цветочного в направлении Безликого. Оказалось, чуть позднее мне снесло крышу и требовалось одиночество. Зачем идти к границам с табуном, который находится нехрена се как далековато от границ твоей стаи? А так, знать потенциального врага (или союзника). И вот сейчас странная фраза касательно помощи обрастала смыслом, по ходу, а не заранее. Будто бы я знала, что сначала надо сделать, а объяснение найдется потом. Но ведь нашлось, и в самом деле.
Рыжик задумчиво стал строить возможности. Отлично, мне понравилось. То, что он уже стал строить расчеты, а не спихнул всё на то, что это просто невозможно, а потому конец дискусса.
Я хмыкнула с той же улыбкой.
- Неудачно, это верно. На границах вопрос стоял о том, уйдут ли твои соратники живыми, или будут разорваны, ставить в условие помощь в войне было слишком... нагло, - да уж, наглость была позволительна, но лишь некоторым и лишь иногда. И явно не тогда, когда ты рискуешь лишиться всех конечностей. - Скажем так, у меня есть в подчинении два волка. И не думаю, что они откажутся испортить жизнь некоторым лошадям, на один бой. Мы ведь "кровожадные изверги", - усмехнулась я, то ли иронизируя, то ли что, чуть мотнув головой, но вскоре взгляд стал серьезным. "Почему"... Я не могла объяснить. Это сломало бы весь план.
"Потому что такая помощь позволит вашей Армаде задуматься касательно Мертвоземцев... Это не уберет страха, но это и не требуется. А вот торг Атрокса касательно свободного прохода будет укреплен. Не угрозой смертью, а "безвозмездной" помощью. Ты уже сомневаешься о том, что слышал про мертвых. И даже если ты увидишь проснувшихся у Черноводного в деле, в бою, ты продолжишь сомневаться. Это подарит чуть меньше недовольства в ваших рядах по поводу Мертвоземцев на вашей земле. А значит и меньше проблем нам в будущем..."
И я не могла это сказать. Как не могла сказать, что какая-то недобитая часть меня на самом деле была не прочь помочь Армаде за просто так. Расчет и разум давили все благородные порывы, которым не дали шанса развиться при пробуждении у Кхеского. Но сейчас оказалась и не до того.
Я замолчала на "извергах" и стала шевелить ушами. Посторонний звук, шаги, едва слышные из-за расстояния и закрывающих обзор холмов. Вот непонятно, в которую сторону те двигались, но рисковать было незачем, тем более после задуманного.
- Тихо, - шепнула я, стоило рыжику представиться, и кивнула в сторону источника. Уж как там со слухом у копытных, лучше он или хуже волчьего, я не знала (кстати, шанс выяснить), но я быстро пробежалась глазами по местности. От леса, из которого мы вышли, тянулась вереница следов, но слишком много, слишком далеко, чтобы остаться незамеченными при попытки вернуться туда. В сути, был вариант просто кинуть Чернояра и исчезнуть, но...
"Вечно это "но", заколебали."
На глаза попалась довольно высокая для сей местности насыпь. В сути, я могла укрыться там, даже не пригибаясь. А Жеребцу вот придется как минимум присесть и смирно ждать, но выбирать не приходилось. Вполне могли успеть добраться до неё, только бы не услышали Армадовца.
- Давай туда, - кивнула я коню в сторону большой глиняной насыпи и мягкой поступью ринулась в то направлении, передвигаясь на полусогнутых, но быстрой рысцой, максимально тихо. В сути ведь, если заметят Рыжика, но он успеет убраться на безопасное расстояние, это всё-равно будет маленькой победой. А вот меня неизвестным вообще не стоило видеть, не сейчас, рано. Оставалось надеяться на то, что Чернояр нагонит меня, а лошадиное зрение и правда не даст носителям тяжелой поступи рассмотреть темное пятно в столь безлунную ночь. Было бы проблематичнее, будь я белой.
Представиться я не успела, но не забыла про это. Просто сейчас оказалось не до вежливых формальностей, надо было достигнуть внушительного скопления глины и сделать вид, что тут вообще никого никогда не было.

+1

12

Дела складывались... странно, если принимать во внимание всё, что творилось с Армадой в последние несколько недель. Сперва Двейн встречает восставших из мёртвых представителей неизвестного вида - раз. Затем Орда вдруг похищает одного из лучших воинов, командора-дозорного Гуго де Глуара - два. Локон Стратос добровольно выкупает собой друга своего брата, отправляясь в плен к врагу, а затем новые Сенатор и Легат официально объявляют начало настоящей войны - три. Старый конь и дозорная вновь встречают на границах волков, после чего заключают с ними нейтралитет с разрешением для стаи передвигаться по землям лошадей. И, наконец, волчица, удивительно спокойная, удивительно непохожая на своих собратьев, - или наоборот, раскрывающая всю глубину их душ, - предлагает добровольно выступить с тремя воинами от мертвецов в конфликте табунов союзником Армады.
  Складывалось впечатление, что мир резко съехал с катушек. Или это кони, доселе живущие в спокойствии, почувствовали наконец боль Офирита, как свою, познав на себе начало его Конца? В силах ли простых смертных поменять расклад вещей, вернуть утраченную гармонию, излечить раны земли, что их породила? Время покажет. А пока стоило, наверное, сосредоточиться на проблемах более простых...
  Внезапно перейдя на шёпот, волчица выдернула Скиру из плена размышлений. Жеребец навострил уши: откуда-то из-за холмов послышалась тяжёлая поступь. Лошадь. Возможно несколько, ибо воздух слабо резали звуки голосов - о чём они говорили и сколько конкретно приближалось животных, определить было практически невозможно. Рыжий моментально смолк, стараясь дышать тише, и сделал пару осторожных шагов назад. Это могли быть кто угодно: начиная от патруля Армады и заканчивая разведотрядом Орды. Рисковать определённо не стоило... Впрочем, волчица это поняла и без каких-либо предупреждений со стороны де Вары - несколько мгновений она бегала глазами по окружающей местности, после чего кивнула куда-то в сторону.
  Скира, осторожно, но быстро разворачиваясь, на ходу кинул туда внимательный взгляд. Тёмный силуэт, растворённый в ночном мраке, выдавал приличных размеров насыпь. Небольшую, но находящуюся в относительной близости. Рыжему придётся прилечь, чтобы скрыть холку - но разве приходилось выбирать? Либо потесниться с "пять минут назад врагом" за курганом, либо попасться на глаза случайным лошадям, и не факт, что это окажутся друзья-патрульные из Армады.
  Мгновенно всё решив, Скиррейн лёгким галопом кинулся туда. Он старался выискивать взглядом наиболее рыхлые участки песка: бежать по ним было труднее, но зато звук от копыт приглушался добротно. Вдобавок, пыль, поднимавшаяся вместе с мощными рывками, заметала следы - дополнительный плюс, который не позволит потенциальному врагу выследить их по "горячим" уликам.

Отредактировано Скиррейн де Вара (2015-10-21 17:16:35)

+1

13

Для Скиррейна и Тенебры
Голоса приближались и становились отчетливее, можно было даже расслышать обрывки фраз разговаривающих. Скира и Тенебра вовремя среагировали на приближение незнакомцев, им удалось довольно скоро достичь глиняной насыпи, однако спрятаться за ней действительно было проблематично особенно для жеребца. Чтобы его уж точно не заметили, ему необходимо встать на колени или вовсе улечься на песок.
Скорее всего, незнакомцы лишь просто проходили мимо, но само их присутствие на чужой земле уже могло навести на вопросы. Судя по голосам, чужаков было не меньше четырех, ярко выраженного лидера среди них не было.
- А зачем ты это сделал? - раздался вопрос одного из мимо проходящих. - Мы же так только хуже сделаем, разве нет?
- Потом поймешь, Ирго, - довольно взрослый, басовитый и тихий голос.
- Да побегут они потом, вот и все, - еще один молодой, но звонкий голос - скорее всего его обладателю было не больше 10 лет.
- Обзавестись едой - уже не проблема, - четвертый тихий взрослый голос. 
- Да... - растерянно проговорил тот, кто первым задавал вопросы. - Только...
- Да замолчи ты, Ирго. Хватит ныть. Ракхи знает, что делает. Даже Стратос признался, что солидарен с ним.
Кажется, говорившие не заметили шпионов и даже прошли мимо.

~ Maxwell

0

14

Я "нырнула" за насыпь и прижалась к той, навострив уши. Чернояр торопился и очень скоро следом влетел конь. Понимая, что нам обоим нет резона быть замеченными, я не стала следить за тем, как устроится копытный, а вся обратилась в слух; тело напряглось.
"Если потребуется, буду по кругу обходить. Или просто представлюсь в лучших традициях Мертвой Земли."
Но пока оное не требовалось. А топот приближался и вот уже чётче стали слышны шаги четверых, голоса копытных. Какое-то обсуждение, незнакомые имена, но информация накладывалась слоем, потихоньку фильтровалась.
Незнакомцы проходили мимо. Но запах, что они несли, чуть отличался. Не Армада. Та самая Орда.
"Стратос... Это имя было названо у границ. И названо, как мертвое. Что же выходит: вожак Армады, "геройственно взятый в плен и убитый", на самом деле просто переметнулся к врагам?"
Я подавила мрачный смешок. Смешно. Если так и есть, то действительно смешно и злорадство намеревалось вырваться наружу. Но пока что я лишь слушала, удаляются ли неизвестные, ничего не заподозрив, или же убежище было раскрыто.
"А потом идет речь про доверие. Какое к черту дрянное доверие в этом мире? Оно, вера: в лучшее или что-то более значимое - всё как разговоры иссушенных без воды об Источнике, который им не достать. Бесполезная дрянь."
Я тихо фыркнула и села, прислонившись спиной к насыпи. Злость комом набирала и скорость, и размеры, а единственное препятствие - что-то вроде самоконтроля. Но надо ли сдерживаться и вообще стараться, если снова и снова всё, что встречается вокруг - это сплошные разочарования, ложь, грязь. И чего я не могла просто сесть у границ и сидеть там, пока Дикий не прикажет возвращаться? Хоть кто-то искренен в этом всём. Со своей ненавистью, со своими гневливыми речами, не скрывающимся отношением к окружающим. Падаль и падаль, не более того.
"Тоже сомнительная перспективка. Хотя, у всех, видимо, звучит долгом облить грязью воскресших у Озера. Тяжела доля избранных или как?"
- Что же это, - прикрыв глаза, тихо усмехнулась я, - Некогда вожак Армады теперь поддерживает Орду, захватившую его в плен?
Я перевела взор на рыжего. Он едва ли догадывался по спокойному и ироничному тону, насколько я хотела сделать больно, всем, просто отомстить и вырезать всё, что несло хоть что-то искажающее в виде лжи, предательств. Сейчас острой занозой вцепилась мысль о том, что тот напыщенный копытный у границ соврал Атроксу. А в стае и так было не много тех, за кого стоило хотя бы возмутиться.
"Хотя, опять же, зачем? Им это надо?"
Едва ли. Но хотелось.
- Интересное понятие верности у живых... - устало фыркнула я, выпрямляясь и садясь прямо. И вроде как интересно, как же теперь решат действовать Армадовцы, а вроде как и: "А не пошли ли они все..." Но нет. План, возникший в голове, напоминал о необходимости его придерживаться. Вот только теперь всякое странное желание "просто помочь" отпало напрочь. А потом Мертвоземцев обвиняют в жестокости и эгоизме. Так а как иначе?

+3

15

Добравшись до насыпи, Скира резко свернул, тормозя, и быстро скрылся за вздымавшимся к тёмному небу песком. Здесь оказалось на удивление достаточно места; что волчица, что жеребец полностью скрылись от глаз врага, и без этого не шибко хорошо видящего под покровом ночи. Правда, с одним но: Чернояру пришлось лечь, подобрав под себя копыта и пригнув шею, и теперь его голова находилась практически на одном уровне с союзницей, что устроилась совсем рядом. Выхода не было, и приходилось невольно жаться друг к другу. Жеребец едва заметно напрягся, оставляя край сознания следить за действиями волчицы, но в основном лишь навострил уши, силясь разобрать слова в беспрерывных переговорах ордынских лошадей.
  Судя по голосам, их было четверо. Идея о патруле отпадала сразу, ибо ему нечего делать на землях Армады, а вот разведчики... Хотя не исключено, что Ракхи и Оуэн решили послать делегацию дипломатов к новоявленным Сенатору и Легату. В таком случае, их с большой вероятностью ждала гибель - вожаки не были настроены на разговоры, особенно после пленения горячо любимого табуном Стратоса.
  Но вот говорила эта тетрада поистине странные вещи. До ушей Скиры долетали, кажется, лишь обрывки фраз, потому смысл их оставался непонятен, более того, даже дик, невозможен. А больше всего напрягло последнее высказывание; оно прозвучало так, будто... будто Локон решил согласиться с врагом. "Солидарен в чём?" - прозвучал невольный вопрос в голове, но отряд уже скрылся из зоны слышимости, не заметив следивших за ними волчицу и жеребца. То, что Скира узнал, казалось абсурдом. Ракхи всегда был объектом ненависти и презрения; не только его лично, не только Армады, но и самого Стратоса, ищущего лишь повод, чтобы уничтожить давнего недруга. И теперь... он солидарен с ним. Вот значит как.
  Мысли о патруле, о его назначении и цели пребывания в Серой пустыни как-то выветрились под гнётом пугающего предчувствия. Тут ещё и волчица со своими догадками, вконец обескуражившими Скиру: Локон - предатель, спелся с Ордой, что сама же и его и пленила. "Нет, такого не может быть!" - в сердцах кричало сознание, требуя немедленно догнать ублюдков, вырезать всех, оставив лишь одного и выдернуть из него всю истину. Ведь не мог же гордый, независимый Сенатор Армады предать все законы чести и пойти против своего табуна... Против всего, что он раньше защищал. Только спасая собственную жизнь в плену? Нет, это не Локон. Скира не знал всего, и делать поспешные выводы всё равно, что слепо отмечать вожака клеймом предателя.
- Я не знаю. - Честно признался жеребец, прикрывая глаза и тяжело поднимаясь с земли. Сердце кольнуло злостью - как смеет Орда поносить Стратоса? Что стоит за их словами? Быть может, всё это было подстроено, и чужаки специально дезинформировали Армаду, чтобы посеять в ней смуту, хаос и страх? Ракхи ответит, он обязательно за всё ответит. Скиррейн лично убьёт ублюдка - за табун, за лошадей, за Сенатора... за сестру.
  А сейчас следовало успокоиться, дабы не натворить чего - берсерк мог вырваться не только в бою, но и при излишнем гневе. Нельзя подавать волчице повод сомневаться в Армаде.
- Он не мог поступить наперекор чести. - Твёрдо заявил Скира, открывая глаза и вскидывая голову. - Я слишком давно знаю Стратоса, чтобы так опрометчиво верить словам Орды. Они могут говорить всё, что угодно - я должен увидеть сам, чтобы убедиться в их лжи... или правде. - Последнее слово вырвалось само собой, но жеребец протянул его неохотно. Честь честью, а отбрасывать возможность предательства всё же было нельзя - мало ли, что могло случится. В таком случае... Чернояр должен взглянуть в глаза Локону. Узнать всё.
- Если твоё предложение помощи до сих пор в силе, я приму его. Другой вопрос - наш нынешний Легат чересчур самоуверен и может со мной не согласиться. В таком случае... - Скиррейн вздохнул. Он знал, на что идёт... ради табуна. Ведь не это ли самое важное? - В таком случае мне придётся действовать за его спиной. Война с Ордой гораздо важнее, чем слепая ненависть лошадей к вашему роду. В Армаде найдутся те, кто со мной солидарен, и к моменту вашего прихода мы будем готовы атаковать врага.

+2

16

"Ну, чего уставился?"
А этот тип и впрямь казался ошарашенным. Легкая улыбка-усмешка не сходила с морды, но я сморчилась буквально через пару секунд, как Чернояр произнес свои слова касательно неведения о данной ситуации. Нарастающим комом, рыком, набирающим тональность, поднимало что-то, что было готово рассмеяться за такое удивление рыжего. Из злорадства, из удовольствия, пуская в сознание черный туман.
"Сука... А ну проваливай!"
Я прижала уши к голове и отвернулась, сцепив зубы. В ответ - смешки, шепот, словно наяву. Ничего из того, что могло предвещать хорошее.
"Ты проигрываешь..."
Я чертыхнулась и резко повернулась к Чернояру. Того глодали сомнения, меня глодало несколько иное, родившееся, как я считала, возле Озера. Что сильное, но назвать это чистым я не могла. Не первозданный гнев, что-то... более первородное. И то и дело управляющее, вне моего желания.
Но не сейчас же!
- Да-да... - рассеяно проговорила я, хватаясь за слова гривастого касательно проверить. Дескать: "Не плохая идея, дерзайте, и вообще за правду во имя всего и вся." Помутнение не отступало и болезненно давило, но прекратило усиливаться. Зацепка.
- Ох уж эти вышестоящие и себя ими считающие, - проворчала я, поднимаясь на лапы. Шатало, едва заметно, но удивительно для мертвого. А я будто бы лишилась привычного зрения и всё, что давалась взгляду - то немногое на расстоянии пары тройки метров. - Они творят, а другим исправлять, - я мотнула головой, едва не прикусив язык. Что за бред я говорила? Подобной мысли в голове даже не возникло, а они там, как правило, любили летать на зависть всем птицам. Зараза, досада и вообще хренова Пятая.
"Да отвали ты, у меня дела еще есть."
- Тогда смотри, - склонив голову к земле и закрыв глаза, прижав уши к голове, говорила я всё тем же спокойным голосом. А на деле то такая ахинея творилась... Но мало ли, чего я вдруг застыла в таком положении. Мертвым ведь не известна усталость и вообще что-то, не чуждое живым. Проклятие, в это хотелось и не хотелось верить, - Если решится что-то с налетом, приходи к границам. Надо будет решить, что по времени, да и по тактике. Может, не будет резона нападать с попыткой прорваться в основные ряды ради поиска ответа... - я начала бормотать, полностью отдавшись планировке возможной операции. Нить, помощь утопающим, кусок сухого бревна. Борьба за банальный контроль ситуации, контроль над собой, своим телом, - ...А чуть позднее повторить набег уже увеличенным числом для окончательного удара, как раз против ослабевшего противника...
Я раздраженно рыкнула и подняла взгляд на рыжего. Разъедающее ощущение изнутри пытало в алом взгляде как ненависть, гнев. Наверное, это как раз было то, что присуще Мертвым. А у меня проявлялось не всегда, как-то с изъянами. От того и сомнения, от того и попытка сделать всё с меньшей водой и затратами. Если обозвать это синонимом - попытка сделать всё более мирно и правильно. А пятой было плевать. Я слышала только смех и нарастающее пламя внутри.
- В общем, нет смысла придумывать, если всё это не точно, - пожала я плечом, чуть склонив голову на бок. А голос снова спокойный, не вяжущийся с тем пожаром в глазах, уничтожающим изнутри. Надо было время, чтобы найти выход из этого состояния. Если повезет. - Так что "заходи, если что", - усмехнулась я по-доброму. Будто раздвоение личности. - Я скажу, чтобы тебя не трогали, если уж не сама тебя встречу.
"Надо уходить, достаточно."
- Давай, удачи, провожать не надо - просила я на прощание, сдерживая себя и едва затемно, но возмущенно улыбнулась.
"- Ты, кусок падали! Что ты делаешь?!
- То, чего ты не делаешь. Хищница хренова, хе-хе."

Я кинулась прочь, слишком быстро. Но не объяснять же, в какой заднице сейчас оказалась вся ситуация из-за явившей себя сущности со словами: "Я проснулась, траля-ла!" Радовало одно - до рассвета прилично, я вполне успею разобраться с этой сучкой и предстать в должном и привычном для других виде. Более-менее разумной и адекватной. Оставалось надеяться, что на долго.

--->> Вне игры

+1

17

" - То, что ты сделал вчера... так сделал бы каждый."
" - Нет. Не каждый."
" - Что-то произошло... Ты не такой."

  Мир сходил с ума, и его создания - вместе с ним.
  Волчицу, похоже, скрутило даже больше, чем самого Скиру. Жеребец только догадываться мог, что сейчас творится у неё в голове, о чём почти слышно скрипят её извилины, выдавая на морде поистине причудливые гримасы. Злость, ненависть, ярость, агрессия - за всем негативом рыжий успел рассмотреть и отчаяние, жестокую борьбу с самой собой, со своей сутью. Перед Скирой стояло не чудовище; нет, такая же личность, как и он сам. Со собственными тараканами в голове, со сложившимся мировоззрением, правда, видимо, постепенно рушившимся прямо на глазах. Живые часто не могли найти себя. Мёртвые, судя по всему, тоже. И никакой разницы здесь нет; и у тех, и у других есть личности, способные хоть на некоторое время включать мозг, задумываться об истине и лжи, о слепой вере и предназначении, искать свой настоящий путь.
  Вот она, правда. В том, что на клочке Серой пустыни, язвы Офирита, стоят два одинаковых и разных существа, сгорая в собственном огне.
  Как бы то ни было, что Скире, что волчице (имя которой он так и не узнал) удалось каким-то образом взять себя в лапы и копыта. Дела, о которых они договаривались, стояли выше их личных трагедий. От жеребца зависело благополучие Армады, а от черношкурой - многообещающее установление контакта с лошадьми. Возможно, они смогли бы стать союзниками... Когда-нибудь, объединившись против кошмарной опасности, угрожающей всему миру, как живым, так и мёртвым, они станут плечом к плечу в одних рядах, чтобы сохранить те крохи Офирита, что у них остались... Скира тряхнул головой, прогоняя дурацкие мысли и вслушиваясь в слова волчицы.
  Он кивнул, соглашаясь с предложением о сотрудничестве. Необходимо будет навестить границы, встретиться с ней и окончательно всё решить. Перед Чернояром стояла трудная задача: найти в Армаде, как можно более осторожно, тех, кого не волнуют глупые предрассудки и кто готов согласиться сотрудничать с волками на их условиях. Которых, к слову, и не было. Но кое-кто, возможно, начнёт искать в таком положении выгоду... Большую, чем табун может заслужить. Наглеть нельзя, иначе может выйти так, как на границах - Скира не до конца верил в то, что Скарин поведёт себя отлично от Гуго. Хитрее, возможно, изворотливей, но точно так же станет уламывать стаю к своим условиям.
  Придётся всё делать самому... С помощью напарников, верных ребят-гвардейцев, готовых рискнуть своей репутацией ради блага Армады. Такие найдутся, Чернояр не сомневался.
- Удачи... волчица. - Слегка рассеянно произнёс жеребец, глядя в спину удаляющейся к землям мёртвых самку. Теперь стоило вернуться в стан табуна - вероятно, пока он здесь гулял по приграничным территориям, Гуго и Скарин созвали очередное собрание для сообщения важных новостей, рассказа о том, что случилось на границах. Скире не терпелось услышать эту историю, а заодно и попросить вожаков рассказывать её наиболее точно, не привирая и не прикрываясь безумием волков.
  Уж он то знает теперь, что на самом деле они из себя представляют.

--->> Вне игры

+1

18

Конец сезона

Все неотыгранные события можно перенести в раздел флешбеков.

0

19

    Скиррейн и ухом не повёл, когда Эада обогнал его, постепенно начиная вживаться в отведённую роль. Лишь угрюмо кивнул его словам о патруле, погружённый в собственные отнюдь не светлые мысли. Не поспешил ли рыжий жеребец, доверившись едва ступившему на земли Армады ордынцу? Не слишком ли слеп он, ведомый неистовой жаждой спасти своего вожака и добиться от того правды? Правильно ли было то, что он сейчас делал и что предпримет в стане Орды? Скарин дал Скире полную свободу действий, но это - не оправдание. В любом случае ответственность на Чернояре, и только от степени его наивности зависит, вернётся Локон домой вместе со всеми или... не вернётся никто.
   А Серая пустынь тем временем встретила путников настолько же унылым пейзажем, что и мысли в голове рыжего. Песок, серый из-за отсутствия солнца, лежал, словно притаившаяся змея, ожидая благодатного ветра, что начнёт строить из него вихри и ураганы. Ненадёжные дюны осыпались под шагами двух лошадей, копыта проваливались в вязкий грунт, из-за чего приходилось прикладывать столь дорогие сейчас лишние силы. Впереди маячила граница с Ордой, то появляясь, то исчезая из виду за нагромождениями песка.
   Скира чуть повернул голову вбок, отстранённым взглядом озирая окрестности. На глаза почти сразу же попались внушительного размера кусты верблюжьей колючки; осенённый внезапно пришедшей мыслью, Чернояр вскинул голову.
- Подожди. - Тихо сказал рыжий, достаточно, чтобы Эада его услышал. Не тратя время на разъяснения, жеребец направился в сторону шиповатых зарослей. Там он опустил голову и несколькими энергичными движениями носа и копыт взрыл песок, докапываясь до мокрого, липкого слоя. Немного покачавшись на месте, всего какую-то пару мгновений, словно в забытье, Скиррейн рухнул в образовавшуюся яму и принялся усиленно валяться в ней, налепляя на себя грязь, пыль, глину и коричневатые песчинки. Обратно он встал только тогда, когда нехило испачкался: грива взъерошилась, спуталась, хвост тоже, будто жеребца только что потоптало небольшое стадо лосей.
  Де Вара фыркнул, отплёвываясь от излишков, после чего коротко выдохнул и упал в кусты. Шипастая колючка тут же продрала несколько неглубоких борозд на носу жеребца, въелась в спину, поцарапала круп, ноги, шею; особенно больно досталось мочке носа и ушам, но Скира мужественно стерпел все самоистязания, не издав ни грамма лишнего звука.
  Ободранный, покоцанный, с несколькими шипами в носу, на холке, в гриве и хвосте, Чернояр наконец вернулся к ожидавшему его всё это время Эаде.
- Цератос знает меня... Лично. - С явным неудовольствием пояснил рыжий. - И ему хорошо известно, что без боя я не сдамся. Выглядело бы странно, приведи ты одного из лучших гвардейцев Армады целым и невредимым. - Скира придирчиво осмотрел себя, словно прихорашивающаяся кобыла. Не абы что, но сойдёт. По-крайнем мере, выглядело теперь достаточно правдоподобно, чтобы сойти за истину в глазах алчного Ракхи и его позорного братца. Только вот...
  Рыжий резко перевёл взгляд на Эаду и столь же резко сиганул в его сторону, толкая жеребца так, чтобы тот непременно упал в песок. После чего опустил голову, до крови укусил Мегенреда за ухо, одновременно валяя его передними ногами, и только через несколько мгновений, наконец, отпустил несчастного.
- Вот так. Теперь наши шансы существенно увеличились. - Выдал рыжий, оглядывая испачканного мышастого с морды до копыт. Приемлемо. Орда поведётся... или нет. Впрочем, зачем гадать, если можно пойти и просто узнать всё лично? - Иди чуть позади меня - так поступают конвойные, чтобы контролировать действия пленников. Иначе есть вероятность нападения со спины, учитывая, что ты один. - Скира тихо фыркнул и кивнул в сторону Орды, приглашая Эаду следовать за ним. Путь предстоял недолгий - границы уже виднелись достаточно явно, чтобы начать волноваться.
  Нельзя. Только не сейчас.

Примечание

Если будут возмущения от Эады по поводу столь дерзкого валяния, я исправлю.

+1

20

Шаг за шагом, Эада в сопровождении Скиррейна постепенно приближался к цели. Стараясь не думать ни о чем постороннем, чтобы лишний раз не забивать себе голову и как можно лучше подготовить себя к скорой реализации плана, жеребец лишь следил за дорогой, не обращая внимания на часто попадающиеся ямы и периодическое затруднение в движении. Он лишь твердо следовал намеченному пути, бросая себя в омут стоящих перед собой задач, зная, что в таком случае Мегенреду будет проще настроиться на нужный лад. Кажется, данная тактика вновь не подвела и принесла ожидаемый эффект.
Таким образом, абстрагируясь от чего-то конкретного, Отшельник не сразу отреагировал на голос де Вары и, прежде чем остановиться, прошел еще пару метров. Ордынец навострил уши и со всем вниманием осмотрел рыжего гвардейца, наблюдая за его действиями. Чернояр ничего не объяснил воителю, поэтому догадываться о его намерениях пришлось по ходу дела. Сначала Эада не догадался о помыслах жеребца и продемонстрировал это нагрянувшим удивлением. Зачем Скиррейну самому себя калечить? Однако, быстро прикинув, что к чему, жеребец разобрался в необычном поведении гвардейца и позволил ему завершить начатое, при этом все равно осматривая Скиру взглядом с долей удивления.
Логично предположить, что вряд ли кто-либо из Армады сдастся без боя и добровольно сдастся в плен, не считая Локона, ради которого Мегенреду приходиться вести де Вару в лагерь Орды. Поэтому было необходимо изобразить видимость борьбы для реалистичности. С этим Отшельник полностью согласился. Вот только предположить сразу, что Чернояр после всего накинется на воителя с той же целью, Эаде не удалось. Не говоря ни слова и пребывая в полной неожиданности, жеребец не смог в тот же миг отреагировать на атаку Скиры и первые несколько секунд покорно лежал на боку, но даже тогда, когда он стал предпринимать попытки подняться на ноги, из-за явного преимущества рыжего коня свершить желаемое не удалось. Лишь только тогда, когда де Вара прекратил направлять свои действия на своего сопровождающего, Отшельник получил возможность встать на ноги, опомниться и проанализировать то, что только что произошло: его всего обваляли в песке и укусили за ухо. Было скорее неприятно, чем больно, однако и к этому в скором времени Эада отнесся с пониманием.
– Хорошо, думаю, не нужно конкретно указывать, где располагается лагерь, – спустя некоторое время размышлений отозвался Мегенред, обходя гвардейца и в дальнейшем шествуя за ним позади, чтобы как будто вести пленника на отчет к Цератосу и Ларросу. Идти оставалось не так уж много, поэтому, внимательно всматриваясь вдаль, Отшельник пытался рассмотреть кого-нибудь из Орды, дабы уведомить их о своем «трофее».

+1

21

Для Скиррейна де Вары и Эады Мегенред
Джеро Сильвер (крупный вороной жеребец, 12 лет; ведущий персонаж), Кристоф Валентайн (гнедой жеребец с белой проточиной, 13 лет)

Как правило, с наступлением раннего утра табун выводит на границы своих разведчиков, особенно последнее время, когда Армада решила пододвинуться к Орде чуть ближе. Так повелось, что два табуна просто не желают друг другу уступать: один намеренно стращает второго, а второй каждый раз мобилизуется, дабы наконец-то дать отпор обидчикам. И ведь у каждого есть причины на подобные действия.
Ходили по Орде слухи, что Армаду хотят согнать с их зеленых пастбищ, и каждая лошадь табуна отнеслась к этой новости довольно положительно. Да, Орда - это не мирно живущая Армада, это - воины, воспитанные в самых жестоких условиях, которые за клочок зелени оторвут голову даже самому опасному хищнику. Многие восприняли этот слушок именно как захват Армадских земель, что подбивало желание ордынцев к предстоящим сражениям. Только вот Цератос пока не отдавал никакого приказа, а Ларрос спелся с одним пришлым жеребцом и поослабил себе вожжи правления, предоставив своему братцу заправлять табуном. На него смотрели немного косо, Сильвер был в их числе, а вот Валентайну было интересно, о чем там эти двое вечно шушукаются.
- Подозреваешь чего-то? - как бы между прочим приспросился Кристоф, пробуя себя в иноходи и глядя себе под копыта.
- Странный он. Точно не Армадский, - задумчиво ответил Джеро, хмуро наблюдая за стараниями собрата.
Стоило ему только отвести чуть взгляд, как взору попались какие-то пятна вдалеке. Черный тут же вскинул голову.
- Кристоф, глянь, - напряженно, но совсем негромко одернул ордынца он и рысцой двинулся навстречу.
Гнедой последовал за ним следом, вмиг забыв о своем занятии. Не сразу лошади признали в нарушителях одного из своих: Джеро резко затормозил, едва привставая на дыбы и требуя подобным образом остановиться; Кристоф же навернул кружок вокруг двоих, осматривая каждого, и вскоре остановился за процессией, перекрывая им отходной путь.
- Отшельник, ты что ли? - Джеро склонил голову в сторону, словно выглядывал сородича. - Ты кого это с собой притащил? - в голосе почувствовалась презрительная насмешка. - Одним куском навоза больше... И как кусок навоза зовут? - дернул ушами и нехорошо разулыбался.

~ Maxwell

+2

22

В какой-то момент из-за свинцовых тяжёлых туч робко показалось солнце. Его лучи полыхнули по Офириту, заставляя песок искриться, по спинам жеребцов, грея их пока ещё мягко, но ощутимо, с нарастающей угрозой. Пустынь оживала своим выжженным пламенем - в округе стало жарче. Хмурые облака, словно испугавшись, и вовсе покинули небосклон, освободив чистую, лазурного цвета высь и ослепительное пятно на южной её стороне.
  Скира тихо причавкнул, сглатывая засыхающую во рту слюну. Пустошь всегда оставалось пустошью: с появлением солнечного диска начинало греть, песок под копытами подсох от росы и теперь гораздо быстрее разъезжался в разные стороны, поднимаясь в воздух небольшими столбиками пыли. Телу стало жарковато, и жеребец не мог однозначно ответить, от волнения это или от стремительно поднимающейся температуры. Вполне вероятно, и то, и другое играло здесь свою роль.
  День предстоит насыщенный. И сложный.
  Конвой, собственно, не успел приблизиться к границам Орды. Двое крепких лошадей стремительно приближались со стороны гнезда, поднимая тучи сохлого песка. Вороной и гнедой, на вид одного возраста с гвардейцем. Первоначально Чернояру показалось, будто план начинает рушиться на глазах: парочка не сбавляла ход, мчалась с явной агрессией на коновира и его жертву, приняв обоих за врага из стана Армады. Но, слава Духам, пронесло - в пылу нервозности рыжий успел позабыть, что кони видят не так хорошо, как хотелось бы; оттого и не узнал сперва патруль одного из своих - Эаду, Отшельника. Который вёл в осиное гнездо покоцанного чужака... зачем?
  Об этом Скиррейн забыл. Причина, нужна причина! Гвардеец нахмурился, уставившись в песок под копытами. Теперь от Мегенреда зависело ещё больше, чем предполагалось вначале - ему следовало придумать, на кой чёрт он тащит обыкновенного вояку в качестве пленника к своим сородичам. Действительно... Нужен им ещё один голодный рот, когда наличие в плену Стратоса компенсирует весь повязанный табун Армады?
  Причину Чернояру пришлось оставить на Эаду, надеясь на его благоразумие. Сейчас следовало вести себя подобающе и достойно сыграть свою роль. А заодно защитить честь, которую Орда, несомненно, всеми силами попытается отобрать.
  Скира вскинул голову, встретившись взглядом с вороным жеребцом. На морде того красовалась ехидная усмешка... Рыжий сжал зубы - в карих глазах полыхнула ярость, слишком хорошо знакомая врагу, которому не посчастливилось хоть раз попасть под тяжёлое копыто обезумевшего в бою гвардейца.
- Цератос звал меня Берсерком. - Буквально выплюнул Скира в морду вороному нахалу. Рот расплылся в кровожадной ухмылке - рыжий слегка прищёлкнул зубами, прижимая уши и угрожающе надвигаясь на врага парой резких шагов. - Хочешь узнать, почему? - В голосе проявились явно порыкивающе нотки; убийца, желающий видеть, как чернёный корчится на песке в луже собственной крови с переломанными ногами, неумолимо пытался выбраться наружу. И всё-таки краем сознания Чернояр старался контролировать себя - его план не в том, чтобы убивать ордынских ублюдков. Не сейчас. Главное - найти Локона; ярость стоит приберечь для обратного пути.

Отредактировано Скиррейн де Вара (2015-12-03 19:38:41)

+2

23

Неизвестно, сколько точно прошло времени с тех пор, как лошади двинулись в сторону границ территорий, как вдруг, словно по заказу, вдалеке показались две фигуры крупных копытных, завидевшие перед собой чужаков и стремительно ринувшиеся к ним. Первая часть плана началась. Сосредоточившись, Эада постарался выглядеть как можно более естественным и в то же время настороженным, ведь, он вел пленника. Для вида Мегенред контролировал каждое движение Скиррейна, регулировал скорость его рыси – в общем, делал все то, что полагалось конвойному, сопровождая поверженного противника.
Уже совсем скоро двое знакомых Отшельнику жеребца, Джеро и Кристоф, встретились с новоприбывшими. Недолго думая, ордынец остановился после соответствующего побуждения Сильвера.
Держись, отступать теперь некуда, – мысленно обратился воитель к де Варе, сохраняя при этом прежний, одновременно напряженный и обыденно отстраненный от внешнего мира вид, который, однако, изменило обращение вороного: снова жеребца назвали Отшельником, столь ненавистным ему прозвищем. Эада нервно развел в сторону уши, демонстрируя тем самым свое недовольство, но уже совсем скоро сменился в выражении морды, чтобы ненароком не нарваться на конфликт. Все-таки это был не жест агрессии. Одновременно с этим Мегенред продолжал следить за состоянием Скиры. Было видно, что рыжему приходилось очень нелегко в сложившейся обстановке, и он так и норовил выплеснуть всю агрессию на врагов и показать им, кто тут главный. Чернояр сдержал себя, но, тем не менее, за такую непозволительную самодеятельность должно последовать наказание. Теперь уже сам Отшельник был вынужден применить к пленнику некоторую силу. Жеребец нахмурился, резко дернулся в сторону де Вары, толкнул оппонента в ногу таким образом, чтобы она подкосилась, и после этого схватил гвардейца за гриву и  потянул на себя.
– Молчи, если не хочешь сдохнуть прямо сейчас, – сквозь зубы прошипел ордынец. Мегенред не стремился унизить Скиррейна перед врагами, однако его слова несли в себе одновременно и угрозу, и предупреждение рыжему, чтобы тот впредь старался вести себя не так вызывающе, если он хочет, чтобы их план прошел успешно. Недолго думая, жеребец выпустил гриву Чернояра, выпрямился и устремил взгляд на ордынцев, которые все еще ожидали его ответа.
– Этот армадовец самонадеянно полагает, что даже в отсутствии Локона они разобьют Орду в пух и прах, – мрачно проговорил Эада, создавая в своей речи таким образом необходимый эффект презрения к противникам. – Я же победил его на их же территориях и показал собственное превосходство, превосходство ордынца! – воитель специально добавил и выделил интонацией принадлежность к Орде. – Поэтому перед карой я намеревался показать ему, ради кого он жертвует всем и насколько он неразборчив и глуп, само собой, если Цератос и Ларрос дадут добро для этого. Я самолично ручаюсь следить за ним и в необходимый момент пробить ему голову, если посмеет еще возражать и приближать свой конец.
Конечно, речь далеко не идеальная, и, к сожалению, Отшельник не смог придумать ничего иного. По крайней мере он звучал достаточно правдиво, ведь частично он все-таки сказал правду. В любом случае Эада, как и обещал, был готов прикрыть Скиру перед Ордой. Нужно лишь продержаться это роковое время и сделать все как надо ради важного результата, от которого зависело многое. Воителю хотелось верить, что так и будет, но все же, по сложившейся привычке, он не стал загадывать и предпочел сосредоточиться на настоящем: оно куда важнее.

офф

Сорян, если что не так. Я старалсо разрулить все с наименьшим возможным уроном хд

+3

24

Для Эады Мегенред и Скиррейна де Вары
Джеро Сильвер (крупный вороной жеребец, 12 лет; ведущий персонаж), Кристоф Валентайн (гнедой жеребец с белой проточиной, 13 лет)

Напыщенная грубость по отношению к захватчикам не делала пленнику никакого добра, а скорее даже, наоборот. Чем больше огрызаешься, тем выше вероятность оказаться под копытами, а уж Орде наверняка будет плевать на одну Армадскую морду. Это Локон еще за каким-то чертом Цератосу понадобился, а этот... да зачем он будет нужен?
- Бла-бла-бла, - скорчил рожу Сильвер, передразнивая пленного, однако в следующую секунду, когда Эада одернул несчастного, тот серьезно нахмурился и сделал уверенный шажок навстречу рыжему. - Давай договоримся, кусок навоза, что пока ты не дерзишь, твои зубы еще на месте. Если твой конвоир не догадался их тебе выбить, я уж точно это сделаю.
- Джеро, - тихо окликнул напарника Кристоф и дернул бровью.
Черный не меньше других любит играть мускулами на публику, но сейчас он, возможно, многовато на себя взваливает. Скажем так: Валентайн не был одним из тех приверженцев решения проблем силой и делал это только из-за устава. Но даже в подобной ситуации гнедой оставался бы на месте Сильвера хладнокровным и сносно бы перенес любой укол. Однако Джеро самого по себе тоже нельзя было бы назвать слишком высокомерным - ему просто не нравились выскочки, поэтому он испытывал внутреннее, скрытое от глаз удовольствие, когда ему выпадает счастье приструнить слишком говорливого. И отвечал он на слова всех этих выскочек той же монетой, пытаясь уколоть еще больнее. Тем не менее, сила была его коньком - это точно был факт.
Переведя взгляд на потрепанного Эаду, Сильвер выслушал его отчет. Что за дурацкая причина? Да запинать было его надо и все, за каким чертом этого рыжего еще тащить пришлось сюда? Чтобы посмотреть, что он потерял, придерживаясь Армады? Серьезно?
- Мда, - прицокнул Джеро, фыркнув и дернув мордой в сторону. - А Армадские территории разве не охраняются ныне в усиленном режиме? Сомневаюсь, что ты сделал это один, Мегенред, - оценивающим взглядом прошелся по внешнему виду рыжего пленника. - И удивительно, что не добил, - взглянул на своего напарника, уловив легкое покачивание головы оного.
Кажется, тут было что-то странное, и Сильвер не мог понять, что именно. Кристоф был абсолютно согласен с мнением черного, но как поступить в этой ситуации, пока не мог придумать. Показать этого чужака Цератосу - дело недолгое, но понравится ли вожаку то, что в его дом притащили смертника? А не к Локону ли он пришел?
- Сдается мне, хочешь повидать своего бывшего правителя, да, кусок навоза? - видимо, этим выражением Джеро собирался называть пленного не взирая на всякие прозвища и имена.
Черный издевательски ухмылялся, глядя на рыжего с высоты своей головы.
- Или стать одним из нас, - раздался голос Кристофа, абсолютно лояльный, блеклый.
- Ха, - а этот аргумент Сильверу было тяжело оспорить, поэтому он потребовал публичного оглашения рыжим своих намерений. - Давай, признавайся, что тебя заставило сдаться и прийти сюда.

~ Maxwell

+2

25

Резкий рывок сзади не был неожиданностью - Эада вёл себя так, как требовалось, - но всё равно оставил неприятный осадок на сердце. Скира сжал зубы, прикрывая глаза и раздувая ноздри. На коленях передних ног перед высокомерием ордынских разведчиков... Позор? Не совсем. Скорее издержки плана. Рано или поздно каждый из них поплатится за всё совершённое ими зло; никто не уйдёт безнаказанным.
  Некстати в голове обрелась мысль о том, что рядовые лошади вражеского лагеря, быть может, и не знают про яд в траве. Ларрос и Цератос никогда не отличались особой демократичностью, предпочитая не посвящать в свои планы "простых смертных" - кто знает, сохранились ли их привычки в условиях дефицита пищи, воды и голов в табуне? В таком случае, если все узнают правду, есть вероятность переманить их на сторону Армады. На правую сторону. Но настолько ли они правы, насколько хотят думать?
  Скира поспешил прогнать слепое чувство, что что-то идёт не так. Сомнения - глупость, пустой звук. Им не место во время задания; сейчас жеребец должен быть сосредоточен на более... посредственных вещах. Например, как не дать обнаружить в себе шпиона ордынскому патрулю. А этот гнедой, впрочем, как и вороной, наверняка начинал что-то подозревать...
  Не складывалось. Скиррейн, живой, стоит перед ними, а не лежит, присыпанный песком; и патруль на территории Армады не пришёл ему на помощь, не отбил от атаки; да и вряд ли бы он, гвардеец великого табуна, позволил взять себя в плен. Жаль, что ордынцы оказались не настолько тупыми, как любят говорить о них краснобаи на Цветочном Лугу.
  Жеребец тяжело поднялся обратно на ноги, не сводя напряжённого взгляда с излишне прыткого вороного. Его придирчивость начинала раздражать, но... не поступил бы Скиррейн также, приведи какой-нибудь Армадовец пленного ордынца? Вряд ли. В табуне доверяют друг другу - и слабость, и сила одновременно. Вдобавок, лошади Орды не похожи на тех, кто с радостью отдаст жизнь за верность своему дому.
  Трусы и ренегаты.
- Я больше трёх лет служил Локону Стратосу как единственному истинному вожаку. - Жёстко произнёс Чернояр. Взгляд он отводить не собирался, - всё равно будет говорить правду, пусть и не всю, так что никакого подвоха разведчики заметить не должны, - поэтому продолжал упрямо смотреть в глаза стоящему перед ним вороному. - И сейчас, когда мой лидер в плену, я слышу на границе шепотки о том, что он поддерживает вражеский табун. - В словах промелькнула печаль; Скира не желал верить в это, или допускал, но с серьёзными оговорками. Может, Локон узнал что-то, что важнее всяких распр между табунами? - Я хочу знать, почему. Хочу знать, за того ли сражался всё это время и стоит ли продолжать. - Явный намёк на то, что рыжий вполне может перейти на сторону Орды.
  Действительно ли это так? Чернояр начинал понемногу путаться в своих мыслях. Привычный мир рушился на глазах, ценности становились ложными и выбрасывались на помойку... равновесие в Офирите пошатнулось - это так. Жеребец чувствовал изменения фибрами души; всё происходящее свалилось как беркут на голову. Война, мёртвые волки, ядовитая трава и Локон. Локон на стороне Орды.
  Всему должно было объяснение. И Скира всерьёз намеревался его получить, и не от кого-нибудь, а лично от своего вожака.

+2

26

А вот и пошли уже упреки со стороны ордынцев. Они сейчас явно насмехались над поведением Эады, и хотя жеребец сам осознавал всю возможную нелепость сложившегося разговора, все равно в душе было обидно за себя, наверняка так же, как и было обидно Скиррейну, как могло показаться. Голова чуть вздернулась вверх, ноздри вздулись, а уши нервно прижались к голове, показывая тем самым недовольство Мегенреда.
– Да плевать я хотел на их «усиленный режим», – фыркнул Отшельник. – Если надо, я везде пройду, где мне надо. Достали они уже.
Вскоре и это выражение чувств  постепенно сошло на «нет». Жеребец выплеснул весь скопившейся негатив, отыгравшись при этом на чувствах де Вары. Вышло эгоистично и подло со стороны с Эады. Жеребец на самом деле не хотел такого делать, но, тем не менее, не считал себя виноватым перед Скирой: он должен понять, что в такой ответственный момент все средства будут хороши при втирании в доверие к коням. Хотя о каком доверии могла идти речь? По выражению морд ордынцев и так было видно, что они не столь прониклись услышанными словами и явно подозревают их в чем-то нечистом.
Чернояра как раз решили уже спросить прямо о его намерениях, тем самым вдруг переместив весь груз ответственности на гвардейца. По правде сказать, Отшельнику не нравилось это мнимое метание груза важности с одних плеч на другие. Он считал заслуги их обоих очень важными в разговоре с Ордой. От того, насколько слажено они будут импровизировать, будет зависеть их судьба.
Соберись! – в напористом взгляде воителя в один момент почувствовалась поддержка, сменившаяся вскоре на былой холод, но Скиррейн не мог этого заметить: все его внимание было направлено на Сильвера. Внимательно вслушиваясь в его слова, Эада пытался определить, что чувствовал на тот момент рыжий. Снова ордынец почувствовал в словах де Вары грусть, как только речь зашла о Локоне, той еще, как оказалось, темной личности. Все-таки Чернояр не хотел принимать это, и Мегенред понимал гвардейца в этом плане. Однако такова уж правда, и с этим ничего не поделать. Стратос действительно поддерживает Орду, и вдруг де Вара вполне четко намекнул на то, что сомневается в своей позиции и не уверен, хочет ли он дальше продолжать числиться в рядах Армады. Хотелось верить, что это был просто хитрый ход, чтобы втереться в доверие. Услышав это в другое время и в другом месте, Отшельник бы прочитал ему поучительную лекцию.
– Локон никогда не вызывал у меня доверия да и не будет никогда. Сначала разогнал всех приверженцев Цератоса и Ларроса в пески, а потом и сам туда подался, – суровый взгляд ордынца проскользнул по телу Скиррейна.  – Всем вдруг в Орду захотелось. Может, тогда местами поменяемся? Только пусть потом не ноют, что жрать нечего.
Голос снова зазвучал раздраженно, но, тем не менее, против идеи о пополнении рядом Орды жеребец не выступал и сейчас лишь демонстрировал собственное удивление, отчасти являвшееся правдой. Этого Стратоса невозможно понять, и с этим, пожалуй, согласны все здесь присутствующие. Наверняка Джеро и Кристофу тоже интересно узнать, для чего Локон их вожакам. Вот как раз повод теперь появился это сделать. Чего противиться?

+2

27

Для Скиррейна де Вары и Эады Мегенреда
Джеро Сильвер (крупный вороной жеребец, 12 лет; ведущий персонаж), Кристоф Валентайн (гнедой жеребец с белой проточиной, 13 лет)

Внезапное фырканье Эады заставило Кристофа чуть прицокнуть и слегка отвернуть от действа морду. Так гнедой выражал свое негативное отношение к самовосхвалению - даже Сильвер порой перегибал палку с этим. Да, Армада не столь давно паршивенько приглядывала за своими границами, это факт, но после смены некоторых фигур табун усилил свои патрули. Хочешь или нет, а один против толпы не попрешь, и Мегенред, вероятно, очень заблуждался, ставя себя столь высоко. Явно, что все это имеет какой-то странный подозрительный привкус... лжи? Но так взглянуть, все таки на обоих жеребцах имеются следы борьбы, поэтому свои сомнения Валентайн держал пока при себе, тактично храня молчание.
А вот Сильвер просверливал взглядом рыжего, наконец, озвучившего причину своей сдачи в плен.
- Ха, - нагловато усмехнулся черный, вздернув мордой и повернув ее в сторону, так, словно чего-то уличил в словах назвавшегося Берсерком, и с прищуром смотрел на него. - Как смело, однако! Выходит, ты кинул своих, подслушав сплетни чужаков? Да Локону вашему просто деваться некуда - а иначе затопчут! - хохотнул, строя на морде такое выражение, словно ситуация только смех и вызывала у вороного жеребца.
- Джеро, - чуть громче обычного фыркнул его гнедой приятель, буквально пронзив его своим серьезным взглядом.
К чему эти смешки - отвести его сразу к Цератосу и дело с концами. Раз уж он так хочет, пусть убедится, что у Орды намерения как раз благие. Ныне.
- Ладно, - обнуздал-таки свою спесь Сильвер, взмахнув хвостом. - Не мое это дело, но запомни, парень, ты очень сильно ошибался, выбирая своего Локона Стратоса в вожаки.
Не сказать уж, что Джеро недолюбливал черного армадовца, скорее, наоборот, уважал за смелость и отвагу, непреклонность и решительность, предав самого себя плену противника, но сейчас он относился к нему как к сопернику, тому, кого надо опасаться, но своевременно ставить на место.
- Идем, - скомандовал Сильвер, дернув мордой в сторону; на этот раз впереди вызвался идти Валентайн, сам же Джеро замыкал процессию.

Переход в Лагерь Орды

~ Maxwell

+2

28

Скиррейн чуть прижал уши, снося последовавшие за его ответом издевки. Да, неприятно, в некотором смысле больновато, но всё это можно было стерпеть, если жеребец хотел в конце-концов достигнуть намеченной цели. Проблема заключалась в ином - в предубеждении.
  Сперва та группа разведчиков, что едва не засекла рыжего и Тенебру в Серой Пустыни. Потом Эада со своими сомнениями и нарочито сочувственными взглядами. Теперь - эти двое патрульных. Каждый твердил, что Локон ныне поддерживает действия Орды. Почему? Не может же быть такого, что всем разом Ларрос и Цератос промыли мозги. Не может быть, чтобы они все одновременно не так поняли намерения бывшего сенатора Армады. Что же тогда выходит? Попав в плен к давним врагам, Стратос резко решил заключить с ними союз? По трусости, желая сохранить собственную шкуру?
  Нет, не вариант. Локон всегда отличался завидным упорством, почти параноидальной заботой о своём табуне, всегда первым мчался на встречу опасности, что грозила гражданским лошадям. Нет, это определённо не инстинкт самосохранения. Или же... или же Стратос всё это время умело дурил Армаду? Что, если он оказался настолько хитёр, что лошади, поддержавшие его, пошли восхвалять иллюзию, пустую маску, за которой таился холодный расчёт и желание сосредоточить власть в своих копытах?
  "Забудь о слухах! Думай лучше о задании!"
  Скира едва слышно фыркнул, сжав зубы и скосив глаза на Мегенреда. "Сам подался в пески, ха..." И действительно, Локон самовольно передал себя Цератосу и Ларросу. По общеизвестной причине - взамен на пленённых ранее Гуго и Серави. А что, если...
  "Помни, кому ты верен на самом деле. Не позволяй забить себе голову какой-то ерундой."
  Рыжий тряхнул головой. Всё. Хватит. Нечего гадать; сейчас нужны только действия и здравый ум - жеребец на задании, провал которого будет означать смерть как его, так и Эады, и, возможно, находящихся в засаде гвардейцев. Стоило срочно взять себя в копыта и идти - тем более, Джеро наконец отстал с расспросами и решил отвести Мегенреда с пленником в стан Орды.
  Впереди оставалось самое сложное: встреча с Цератосом. Он знает Скиру в морду; он наверняка помнит его, если Сигрюн представляла для брата Ларроса хоть какую-то ценность. Поверит ли Ракхи в желание Чернояра докопаться до правды или же насквозь увидит далеко идущие планы по освобождению вожака? Большой риск, слишком большой... Но делать нечего - выбор сделан.
  Чернояр скривился и, взмахнув хвостом, направился следом за вороным конвоиром.

Отредактировано Скиррейн де Вара (2015-12-20 23:04:08)

+2

29

Слишком много вопросов и неоднозначной реакции со стороны жеребцов следовало всякий раз, как только Эада начинал говорить и что-то объяснять, доказывать, пытаясь войти в роль. По всей видимости, Мегенред слишком перегибал палку с собственной игрой и чрезмерно экспрессивным выражением собственных мыслей, а испортить ситуацию ему все-таки хотелось меньше всего. Поэтому наиболее подходящим вариантом на данный момент было для него просто помолчать и спокойно продолжать наблюдать за дальнейшим развитием дел. Отшельник и так уже сказал все, что ему требовалось. Не проявляя на этот раз в собственном взгляде никакой особой заинтересованности ко всему происходящему, ордынец лишь время от времени переводил взгляд на других лошадей в зависимости от того, кто из них становился говорящим. Таковыми оказались лишь Джеро и Кристоф, комментировавшие рыжего жеребца. В свою очередь Скиррейн тоже более ничего не говорил и лишь молча ожидал вердикта патрульных. Стоило приберечь слова для самой главной грядущей встречи.
Сильвер дал знать жеребцам о начале шествия, направленное в сторону Лагеря орды. Выстроившись в цепочку, группа жеребцов двинулась в путь. Эада же по обыкновению следовал за де Варой, наблюдал за его ходом, хотя, в общем-то, данное действие уже не имело былую актуальность при наличии дополнительных конвоиров. Воитель предпочитал не думать о беспокойстве и рассуждать о вещах лишь по мере их поступления, чтобы не грузить лишний раз и без того забитую разными тонкостями голову. Пока лошади находились в пути, была возможность снова попытаться немного отвлечься от всего, чем Мегенред и воспользовался, вспоминая времена своего былого детства или некоторые моменты из нынешней жизни в Орде.
Судя по расположению солнца, время уже перешло за полдень. На небе не было ни одного облака, дул бодрящий влажный ветер, но из-за того, что жеребцы на данный момент пребывали в пустынной местности, где вдобавок солнце светило под прямым углом, все равно чувствовалась жара.
Хотелось, чтобы все поскорее закончилось, однако приходилось ждать, ждать и терпеть все трудности, попадающиеся на пути. Это утомляло и лишь еще больше трепало нервы, но такова уж была их участь.

+1

30

Конец сезона

Все неотыгранные события можно перенести в раздел флешбеков.

0


Вы здесь » Наследие | Волчья Песнь » Асур » Серая пустынь