Очередь

Наследие | Волчья Песнь

Объявление

Новости форума




2 декабря 2017 г.
Уважаемые гости и игроки!

Форум снова готов продолжать игру! Можете смело регистрироваться и писать анкеты.
Внимание! На форуме нет и не будет рекламы!
Просьба также ознакомиться с новыми сроками на отпись игровых постов в правилах форума. Уведомляем, что профили с форума, которыми вы играли до момента заморозки, удаляться не будут, даже если вы не планируете вводить их в игру. Даже если вы не хотите ими играть. Даже если они мертвы. Те, кто не отметился в перекличках, перенесены в неактивных пользователей.
Исключениями остаются профили, не подавшие в срок анкеты и отсутствующие на проекте более трех месяцев. Мы постарались сделать для вас наиболее гибкие условия для нахождения на ролевой ^_^
Желающим присоединиться к нашему коллективу просьба ознакомиться с акциями на нужных в игру персонажей С:


В игре


Дата и время
---------------
17 день, 9 луна (месяц Первого Лика) 31 года
15:00 - 18:00

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Наследие | Волчья Песнь » Нижний Тэмен » Драконьи пещеры


Драконьи пещеры

Сообщений 1 страница 30 из 116

1

http://clickscreen.ru/screens/1/783ee3aa.png
Опасная и кажущаяся непроходимой огромная пещера с обилием мелких ходов и закоулков. Названа пещера Драконьей из-за торчащих острых камней у самого входа, напоминающих зубы. Чем глубже проходишь в пещеры, тем очевидней становится внутренний лабиринт из улочек и проходов; тут и там можно встретить осколки некоторых драгоценных камушков.

Ближайшие локации:
- Тэменский хребет (Нижний Тэмен)
- Обвал (Нижний Тэмен)
- Зеленая расщелина (Нижний Тэмен)
- Тихий пруд (Нижний Тэмен)

0

2

Дорога была близкой, но не становилась от этого куда уж лучше. Тащиться под дождем, то и дело передергивая шкурой в такт раскатом грома, и гневно сверкая глазами в ответ на проблески молний, черная тень волокла сметая влагу и каменную крошку белое тело. Если бы трупы дышали, ты бы уже давно закашлялся и проклял этот мир, ведь дышать и так влажным горным воздух, да еще и при плюсовой температуре было крайне неудобно, не говоря уже о нагрузке, а в прочем, ты мертв и тебе плевать. Как только тело белого безумца скроется в тени столь спутанных пещер, ты примешь решение о его дальнейшей судьбе, но странно епредчувствие заставляло тебя щерить заюитую патлями белой шерсти пасть. От самого озера ты ощущал чужой взгляд. Быть может паранойя заразна, и это отребье заразило тебя? Тихий рык, грубоватый и резкий рывок вверх, ты лишь перехватил удобнее Фауста и продолжил свой путь, и как только тьма каменного свода поглатила тебя, ты разжав челюсти бросил травника на видном месте, а сам же скрылся в спасительной мгле. Ты должен был проверить свои ощущения, не тени же что видит Фауст тащились за вами весь путь?

0

3

Все ощущения пропали из сознания белого травника. В его реальности не осталось ничего кроме поглощающей пустоты. Черная, как ночь бездна моментально убивала любой проблеск нормальной деятельности разума. Собственно, что вообще является нормальным в этом безумном мире? Крики пропали, и теперь осталась только пугающай тишина. Хоть бы один шорох пронзил эту темную пелену... Пусть это будет грубый окрик Дикого или рычание состайников. Что угодно. В какой-то момент, волк дернулся и открыл глаза. Мир был белым и таким же пустым как прежде. Тьма пропала или... о Кхес. Это уже даже не смешно. Покосившись назад, Фауст заметил черную тень, которая волокла его по земле. Может он умер и теперь его самый потаенный страх тащил его в Ад, дабы наградить вечными мучениями? Такое ему уже снилось. Тогда он проснулся в какой-то яме, в компании дохлого барсука. Кто ж знал, что после Моста начнутся припадки лунатизма. Уже давно пятнистый понял, что во сне нет, и не будет никакого спасения от реальности. Однажды, его товарищ, Нибрас, тоже решил отдохнуть. Больше он так и не открыл глаз. Зажмурившись, Белыш апатично уставился вперед. Куда эта тень его волочит? Что ей нужно? Как она вообще забрала его с озера? Он помнил серьезного Данте, падающие капли дождя, уходящего Аза и Кали, а еще Лилит... Они все там были до того как весь мир почернел. Они его бросили и оставили наедине с демонами танцующими у него в душе. Вы видели глаза Фауста? Нет? Два ярких рыжих пятна в которых пляшут и извиваются темные огоньки. Ночные тени проникали в его сознание, рвя в клочья любой здравый смысл. Да кому вообще нужен какой-то смысл?
Белая пустота пошатнулась, и волк ощутил удар о холодный камень. Захрипев, травник поднялся на передних лапах и не без страха снова открыл глаза. Как же было приятно снова видеть бурые и серые оттенки. Заметив движение в сторону выхода, Белыш поморщился. Наверно это Данте его приволок. С трудом выпрямившись, пятнистый покачнулся. Как же сложно было жить с чертовой хромой лапой. Ну ничего, ничего... Стряхнув с шерсти воду, белый повел головой. Темные своды пещеры смыкались наверху, от чего казалось, что они вот-вот упадут несчастному доходяге на голову. Зачем защитник сюда его приволок? А вдруг именно здесь живут все эти тени?

Отредактировано Фауст (2015-01-04 13:13:33)

0

4

Долго ли я шла? Честно, не могу сказать. Была слишком увлечена преследованием, что так заинтересовало меня. С одной стороны, не нужно было идти одной, ведь с такими темпами, я сама могла попасться и влипнуть в неприятности, но с другой стороны, просто уходить - это проявить слабость и страх, а я вовсе не трусиха. Нужно было самой идти по пятам Данте, чтобы узнать, что он собирается делать с белым волком, которого сурово тащил от самого пруда.
У входа в пещеру, я затормозила и прислушалась. Никаких криков или шумов не было, а значит, Фауст еще не очнулся, и нужно было поторопиться. Я нервно сглотнула и начала медленно проходить внутрь, погружаясь во тьму пещеры. Как жаль, что я не кошка, ведь зрение у них в темноте гораздо лучше, чем у лисиц. Если еще волки могут более менее видеть, то мне приходилось полагаться лишь на инстинкт. Я прошла еще дальше, и уловила ушами звук движения, а затем, клочок белой шерсти показался.
- Фауст? - осторожно проронила я, стараясь говорить громче.  Сначала ответа не было, и я подумала, что у меня были глюки, но потом, волк вроде отозвался. Уже не зная, где находится Данте, я подбежала к травнику, стараясь рассмотреть его. Был плох, несомненно, а может, и вовсе сотрясение мозга.
- Фауст, ты помнишь что-нибудь? Где Данте? - возможно, было слишком рано задавать сразу много вопросов, но мне было самой интересно, где сейчас находится защитник, ведь его не было рядом. Учуял меня и сбежал? Может спрятался? Мне не дано было знать. Оставалось лишь ждать.

0

5

Ты слился с темой и выжидал, закрыв пылающие ялам пламенем глаза. Лишь этот яркий проблеск во мраке свода пещеры мог выдать тебя неизведанному преследователю, но этого незваного гостя все не было и не было и вот, когда ты уже решил было прикончить едва пришедшего в себя Фауста, из света в сгущающуюся тьму пробралась еще одна тень.
Не ужели белый безумец был прав? За всеми по пятам следуют тени, увидеть которых дано лишь не многим, и те немногие как травник, должно быть сходили сума, иначе бы весь мир боялся тьмы. Но эти сомнения и мысли не смогли проникнуть глубоко в душу, явившаяся тень быстро разоблачила себя. Она метнулась к белому зверю и начала засыпать несчастного вопросами. О эта настырная лисица Бенни, ты так любил игнорировать мельтешение ее черно-бурой спины подле своих лап, но не в этот раз. в этот раз она тебе помешала.
Издав глухой протяжный рык, ты медленно открыл горящие ненавистью глаза и плавно двинулся из мрака в серый свет.
- Не стоит тревожить безумца, ты для него всего-лишь очередная тень...
Твой голос был тих, груб и холоден, а весь твой вид с каждой секундой говорил лишь об одном, ты собирался убивать.

0

6

Тревожно вглядываясь в окружающие темные стены, Фауст слишком резко повернул голову к лисице. Бесноватый огонек сверкнувший в его глазах, не сулил ничего хорошего. Почему его окружают черные звери? Звери ли? Может это тоже тень, которая решила его обмануть? Никто не мог сказать, что этот мир на самом деле не является плодом воображения белого травника. Мысли о Данте отступили на задний план, когда к Белышу в голову пришла очередная гениальная идея. Шагнув вперед, он приблизил к Бенни свою морду и жутко ухмыльнулся, скорее всего изображая какую-то дружественную эмоцию. Да... не очень-то у него «дружественный» и добрый вид.
-Помню ли я что-нибудь? О! Я помню все. Даже больше чем нужно, - хмыкнул пятнистый, подходя к травнице все ближе и ближе, - мир был таким черным... знаешь... кругом пустота, а я совсем один. А Данте... он тень.  Понимаешь? Он и есть черная тень этого проклятого места!
Истерично расхохотавшись, Фауст покосился за спину, вновь заметив какое-то подозрительное движение. Это собратья Данте? Надо же, да у них даже своя семейка есть. Это весьма забавно. Семья черных тварей живет в такой же черной пещере. А Азазель знает о темных родственничках своего защитника? Да тут все факты на лицо! Красные глаза, черная шкура... Демон, однозначно. А что думает лиса про все это? Конечно, волчьи разговоры и интересы не ее ума дело, но все же... За то время что Бенни прибывала в их небольшой стае, он и внимания на нее особо не обращал. Тогда были проблемы по важнее... к примеру, страх смерти от клыков черных теней. Только травник хотел вновь озвучить свои мысли, как до его слуха донесся холодный голос Данте. А вот и он - тень этого места. Черный считает его безумцем. Вероятно, у всех вольных примерно такие же мысли. Глупые слепцы! Ничего они не смыслят. Они даже не замечают нависшей над ними опасности.
-Нет, Данте. Тень - это ты. Откуда ты взялся? Из какого мрака ты вылез? Что тебе нужно от меня?! - срываясь на крик, Фауст приподнял верхнюю губу, обнажая ряд пожелтевших клыков.
Приближающаяся фигура защитника заставила Белыша сделать шаг назад. Он сейчас не в том положении, чтобы драться на равных с соперником вроде этого красноглазого. Если учесть, что последний являлся нечистью... удача была явно не на стороне хромого травника.

+1

7

Последние реплики белого безумца заставили тебя расхохотаться. Нет, право, его речи о том, что ты порождение не мира сего и явился исключительно за ним потешили бы самолюбие любого, однако тебя это лишь раздражало. Кто он вообще такой, чтоб считать, что один из ряда первых мертвецов явился сугубо по его больную душу. Вот только не хватает еще одного участника этого фарса, лисицы. Бенни то ли померла от неожиданности то ли проглотила собственный язык от страха. Лисица просто застыла и не издавала больше не звука, а может она все же померла? Вот было бы забавно, вместо одного трупа, стая получила бы два и отсутствие единственного на данный момент защитника. Впрочем, ты не думал, что Князь сильно расстроился бы по поводу своевременной кончины безумного травника.
- Тень... О да, ты прав мой белый друг, я Тень, что вечно следовала за Воссом, а после его гибели исчезла, теперь же я предоставлен сам себе.
Не обещающая ничего доброго ухмылка украсила твою морду, а ты все так же плавно двигаясь закрыл своей спиной выход из пещер. Словно бы предвкушая капли кхеской, ты облизал обнаженные клыки и хмыкнул.
- От тебя? Ты лишь сошедший сума от страха белый труп, ты не нужен Кхесу, а вот твоя вода мне пригодится...
Ты не стал скрывать своих намерений относительно Фауста, тебе была безразлична его судьба, а вот собственные запасы живительной черной жижи тебя на данный момент крайне волновали. Посему, ты не стал дожидаться каких либо действий от травника и пошел в его сторону, желая загнать обезумевшего белого волка в глубь пещер дабы тело его и несчастной лисицы не нашли.

0

8

пост не учтен системой

Benny
Данте вышел из темноты и страшным голосом начал вещать про какие-то тени. Ясное дело, лисичка испугалась и даже слегка попятилась к выходу. "Сам ты на тень похож, вот что!" Очнулся Фауст и Бенни слегка оживилась. Сейчас он расскажет ей, что у него всё хорошо, или что нет, и она отправится за припрятанными недалеко отсюда травками. Белый зверь попытался улыбнуться, видимо, приободрить травницу, но вышло у него просто ужасно!
- Нет-нет, что вы говорите! Какие такие тени? Данте, Фаусту плохо, вот он и говорит что-то непонятное, ты не слушай его! - затараторила чернобурка, - а ты, Фауст, полежи пока, всё будет хорошо. Она очень надеялась, что огромный волк присмотрит за мелким собратом, пока её не будет и не навредит ему - мало ли что может привидеться после сотрясения, а если ещё и говорить и "тенях", будто бы они и вправду есть...
- Я сбегаю за кое-какими лекарствами и приведу кого-нибудь помочь, - улыбнулась малышка и, быстро перебирая лапками, направилась к выходу. Данте закрывал выход, но мелкой травнице это не помешало выйти. "Должно быть, он хотел мне уступить дорогу" - подумала она, удаляясь от пещер.

> выведена

К

0

9

Черная мелочь или не поняла что происходит, или же поняла и решила смыться, в общем, это не меняет сути. В лисице была лишь кровь да и только, а вот в белом травнике как раз то, что тебе так необходимо Данте, а посему, сбежавшая с места казни лисица тебя мало волновала, ты займешься ей потом, что бы ни кто не узнал, куда делся бедный, больной на голову травник клана. Последний к слову, то ли впал в ступор, то ли попросту понял неизбежное, но спасаться он явно не собирался. Тебе же проще.
- Вот ты и остался наедине с тенями Фауст.
Зачем ты это сказал? Пожалуй тебя позабавило это сравнение, ведь ты действительно был тенью Восса, да и сейчас тенью ты и остался. Пробежав языком по обнаженным зубам, ты медленно двинулся в сторону оцепеневшего травника и особо не примеряясь,    опустив голову и слегка припав на передние лапы, снизу ударил в горло травника, намереваясь уничтожить белого раз и навсегда. Ты бил в глотку, надеясь не просто перебить кадык, но и сломать шею, ведь Фауст был ниже тебя, так что шанс на то, что ты просто подвесишь его за глотку, был велик.
Тестирование кубиков

Отредактировано Данте (2015-01-31 18:53:12)

0

10

На несколько минут белый травник просто закляк на месте. Что-то в его больной голове перемкнулось и он уже не видел приближающегося Данте и убегающую Бенни. Остекленевшие глаза волка смотрели куда-то сквозь черного защитника, рассматривая нечто скрытое и потаенное. Что же ты видишь, маленький Белыш? О, ты видишь ужасные вещи. Они повергают тебя в ужас. Тебе страшно. Густая черная жидкость обволакивает твои лапы и ты уже не можешь сдвинуться с места. Ты не можешь кричать, не можешь звать на помощь. Твой голос пропал. Ты немой и глухой. Тебе нравится эта тишина? Будь ты живым, ты бы слышал, как бьется твое гнилое сердце. Тук-тук. Но ты умер. Ты живая падаль, которая следует за непонятными целями, которые ставит перед собой твоя больная голова. Голос звучащий в голове пятнистого хищника был таким холодным, что даже он, белый труп, ощущал как по коже прошелся мороз. Такой спокойный, завораживающий, словно змеиное шипение, медленно подкрадывается к своей жертве, желая поразить ту в самое сердце. Травник был вынужден наблюдать, как вышеупомянутая жидкость поднимался все выше. Вот она уже достигла уровня его грудной клетки, а теперь она поднималась к шее. Я захлебнусь. Я умру в воде из озера. Я умру. Умру. Тело словно онемело и белый зверь ощущал как шерсть прилипла к тощему телу. Эта вода была повсюду. Она начинала заливаться в рот, уши, нос и Фауст понимал, что это и есть его конец. Янтарные глаза умоляюще сверкнули и тоже исчезли в этой жиже.
- Вот ты и остался наедине с тенями, Фауст.
Слова черного волка выдернули травника из "транса" и он резко выдохнул. Его легкие не заполняла вода и он мог спокойно открыть пасть. Ничто не заливалось ему в уши, но белошкурый все еще чувствовал, как жидкость стекает по его телу. Словно вернувшись из астрального мира, Фауст ощутил странный прилив сил. Он не хотел умирать от лап теней. Как говорится, страх придает сил даже слабому калеке, что у ж говорить про пятнистого Белыша. Он не просто калека. Он просвещенный.
-Ты глуп, Данте. Тьма забрала тебя и ты умрешь вместе со мной, - он зарычал, и прижал уши к голове.
Белый волк дернулся в сторону, желая уберечь свою шкуру и заодно удержать противника на безопасном расстоянии. Силой защитника не возьмешь. Он больше и гораздо крепче пятнистого травника. Ловкость тоже не вариант. С хромой ногой особо не побегаешь. Выход был один. Нужно было схитрить, обмануть этого увальня. Вопреки желаниям этого клятого места, Фауст собирался выжить.
Бросок 12 ( в следующий раз кину в правильную тему)

Отредактировано Фауст (2015-01-31 19:03:33)

0

11

пост не учтен системой

Фаусту удаётся увернуться от смертоносного броска защитника. Однако покалеченная лапа Белыша не позволяет ему отскочить от Данте на большое и относительно безопасное расстояние.
Тем временем, из пещеры доносится какой-то непонятный звук, напоминающий громкое хлопанье крыльев, а сразу после эхо доносит чей-то неистовый боевой клич. Если затеявшие драку образумятся, вспомнив, что гласит закон Вольных, то вполне могут уловить эти странные звуки. Возможно, они даже заинтересуются.

Rks

+1

12

В самый долгожданный и последний момент твои челюсти с наслаждением сомкнулись в, пустоте. Да, ты промазал, вернее нет. Эта белая тварь очухалась и даже зарычала ускользая от тебя. Переполненный чувством полного недоумения, ты повернулся в сторону очухавшегося травника и замер, чуткий слух уловил едва различимый звук.
- Заткнись беломордый и слушай...
Тихий шелест, словно бы крылья птиц сменился истошным криком, зовом на бой? Нахмурившись ты стал крутить головой, в надежде уловить источник звука, но каменные стены словно экран эхом разносили звуки по пещерам и множествам ходов.
- Ты умрешь, я обещаю тебе Фауст. - Ты проговорил эту фразу холодно, спокойно, словно сообщал о начинающемся дожде в жаркий летний день. - А пока мы должны узнать, что ЭТО, и не сожрет ли ОНО нас.
Кинув хмурый взгляд на травника, ты вновь преградил ему путь к выходу, показывая всем своим видом, что тот отправиться с ним, и смерть свою он встретит в глуби этих пещер, от его клыков или же от того, что уничтожит их двоих раз и на всегда. Простояв так пару секунд, ты решил более не дожидаться действий от Фауста и двинулся в глубь пещер, вслушиваясь в наступившую тишину.

0

13

Какая ирония. Крепкий и сильный защитник не может словить маленького калеку. Ядовито усмехнувшись, Фауст с ненавистью уставился в спину уходящему Данте. Нет, он не собираеться убегать. Гнилая душонка травника хотела отомстить. Предположим, что Данте случайно упадет в какую-то яму и свернет себе шею. Никто и не заподозрит пушистого Белыша. Все считали его психом, но не убийцей. Мол, чеши языком, нам все равно, ты всего лишь мелкая сошка и никому до тебя дела нет. "Разве этот задохлик может сделать что-нибудь действительно важное? Нет, он всего лишь темная лошадка в нашем интеллектуальном обществе." Дернув головой, волк захромал за черным хищником, внимательно рассматривая каменистые своды этого места.
Сколько теней жило в этом убежище? Пара? Десяток? А может сотня? Может это именно они издали тот странный крик? Они умели искажать голоса, травник уже успел это усвоить. Они могли выть, шипеть, говорить с интонацией Дикого, плакать и даже смеяться. Эти злые насмешки сводили пятнистого калеку с ума. Не разбирая быстрых слов, волк четко понимал, что его осуждают. Что делать в таком случае, когда ты даже не можешь  возразить? Эти невидимые собеседники галдящие у него в голове порой замолкали, как сейчас. О, эта прекрасная тишина. Фауст готов был отдать за нее душу. Но даже это желание было отравленным. Перед его взором все еще стояла черная вода заполняющая его уши и глаза. Тогда тоже было тихо. Только холодный голос говорил с ним в те ужасные минуты. Твердил ему о смерти. О конце всего.

0

14

пост не учтен системой

Вновь послышалось хлопанье крыльев. Только теперь намного громче, чем ранее, и с каждой секундой все ближе. Кто-то из глубин пещер летел прямо на двух волков. Через несколько мгновений впереди послышался шлепок - что-то там упало на землю. После же на Данте и Фауста стремительно вылетело невиданное ими ранее существо. Оно было похоже на летучуюю мышь, только намного, намного больше и грознее. Размах крыльев этой летучей твари чуть ли не превышал длинну тела волков. Издав высокий по тембру, резкий клекот, крылан на лету задел загривок бедняги Фауста, будто предостерегая, предлагая беспроблемно, пока еще возможно, убраться из пещер, а после вылетел из Драконьих и скрылся.

Rks

0

15

Звук крыльев был четче и громче, но вслушиваться и понять сколько там летающих тварей было не возможно, мешали шаги Фауста да и собственные когти, стучавшие по камням. Однако, вскоре все стихло, что-то рухнуло на землю и навстречу черному вылетело неведомое существо. Молча ощерив пасть и приготовившись к драке ты замер, но биться не потребовалось. Оглянувшись на зад ты расплылся в ехидной улыбке и едва сдержал злобный смех.
- Что белыш, тебя хотят сожрать даже незнакомые нам твари?
Усмехнувшись и смерив Фауста насмешливым взглядом, ты вновь повернулся к тому спиной и продолжил идти. Нет, конечно ты не расслаблялся и ожидал от этого безумного травника атаки, но и поисками ты был занят не меньше.
- Что-то упало, ищи тушу, может соперник той твари жив и скажет что-нибудь полезное.
Ты озвучил свои мысли, сформировав их в некую просьбe-приказ для Фауста, сейчас куда важнее понять, что здесь происходит, помимо их желания уничтожить друг друга, по этому, ты опустил голову по ниже и стал внимательно всматриваться во все неровности на полу, дабы разглядеть упавший на камни объект.

0

16

Эта сгущающаяся темнота все больше и больше давила на разум Фауста. Почему в пещерах всегда так темно? Было бы достаточно единственного лучика света, чтобы развеять этот мрак. Скорее всего, это происки Кхеса. Именно в таких темных и отдаленных местах он прячет своих самых скверных слуг. Хотя кто может быть сквернее и омерзительнее мертвых волков? Травник даже не хотел знать ответа на свой вопрос. Но какое-то шестое чувство говорило ему, что скоро он узнает. Нечто плохое нависло над стаей Азазеля. В особенности над ним, Фаустом. Иначе почему только он видит и слышит ужасные вещи? Если это и некий подарок от волчьего бога, то белому волку он совсем не нравился. Оказывается, быть избранным не так уж и весело.
Все вокруг казалось чужим и опасным. Куда они идут? Зачем? Наверняка они сейчас ступят на территорию каких-нибудь мерзких черных существ, которые с радостью порвут их на мелкие кусочки. Логово Зла. Неплохо звучит. Размышления Белыша грубо прервал приближающийся странный звук. Обычно такой издают птицы при полете. Но что делает птица в темной пещере? Возможно решила укрыться от дождя или... Испуганно взвыв, травник отшатнулся в сторону. Никакая это не птица. Проклятая черная тень! Ее крик эхом отдался в голове волка и тот с ужасом покосился на Данте. Почему эта тварь коснулась именно его? Что он ей сделал?
-Не указывай мне!, - тявкнул Фауст и наклонил голову.
Атмосфера царившая в этом месте только ухудшилась. Сколько здесь таких летающих порождений тьмы? Волк все же продолжает внимательно смотреть себе под лапы, дабы случайно не упустить важную находку.

0

17

пост не учтен системой

Для Данте и Фауста

В темноте было трудно что-либо разглядеть, но Данте и Фауст достаточно скоро наткнулись на то, что хотели найти. То, что плюхнулась на пол пещеры оказалось... хорьком. Увы, он ничего не сможет рассказать двум волкам - мёртв уже. Можно было почувствовать едкий запах крови - на теле найденного было множество свежих ран, да и головой его об твёрдую поверхность приложили не хило.
Но это не всё, что можно было отыскать на полу пещеры. Поодаль от туши, возле левой стены, что-то слабо поблёскивало и вполне могло привлечь внимание двух волков.

Rks

0

18

Эта расщелина почему-то теперь ассоциировалась у Азазеля с дурными воспоминаниями. Нет, на самом деле, все так и должно быть: есть вожак, есть подчиненные, есть идиоты, которые не понимают толк в подчинении... Он все сделал правильно. Просто сам процесс Азазелю был неприятен. Он будто бы ощутил себя на месте Дикого, впитал всю его злобу и шагнул вслед за ним в эту бездонную пропасть под названием "гнев божий"... Но всего его существо это все отрицало и не принимало, поэтому в душе у Аза были какие-то смешанные чувства. Тем не менее, мысль вернуться и встать под командование Дикого не выходила из головы. Не то, чтобы черно-бурый ощутил себя слабым лидером, но он... просто не хотел, чтобы это повторялось. Он не хотел становиться таким как Дикий, но лучше бы избрал для себя путь под его командованием, занимаясь привычными делами... Но нет, Азазель. Ты сам выбрал себе эту судьбу, судьбу лидера своей небольшой стаи, строй в ней порядки сам, если все еще хочешь им остаться.
Гиены с большим удовольствием согласились пройти вслед за Князем к пещерам. Сами пещеры волк никогда не пробовал исследовать, но очень любил там отдыхать, когда снаружи стоит непогода. Он не любил дождь, не любил до такой степени, что мог истерично забиться под любой камень - как-то он действовал на Аза не очень нормально, и тот начинал легонечко съезжать с катушек.
Чуть опережая своих спутников, черно-бурый неторопливо двигался вперед, нацепив на себя устало-расслабленное выражение. Вопросы гиен снова его немного смутили - Азазель чаще общался со своими мертвыми сородичами, нежели с живыми зверями, поэтому не совсем еще привык к подобного рода вопросам.
- Ну... - замялся волк, смотря себе под лапы - он не знал, что такого ответить. - Честно говоря, я никогда не задумывался о том, что когда-то был жив... Даже не знаю, как это было - увы, мне даже нечем поделиться, - извиняющийся взгляд пал на Герца, потом перешел на Гишу. - А вот насчет запахов - тут боги оставили нам некоторые функции, что присущи живым. Не знаю, настолько ли отчетливо мы их чувствуем, если сравнивать с живыми существами, но кого-то выследить или найти дорогу домой всегда сможем, - Аз пожал плечами и улыбнулся. - Забавно, что детородную функцию наше тело не способно выполнять - видимо, боги не хотели, чтобы мы плодились без их воли, сами по себе, - смешок. - Уж судя по тому, что пищей они нас тоже обделили, что нам приходится искать ее черт знает где...
И ведь действительно. Какой смысл существования мертвых волков? Зачем Кхес, если он действительно существует, дал им второй шанс? Неужто, чтобы исправить старые ошибки? Забавно, особенно, когда не помнишь, какие именно. Странно, что Князь задумался об этом только сейчас...
- Что-то я в философию ударился, прошу прощения, - Аз отвел взгляд, но лишь на мгновение - нужно было перевести тему, пока его не одолели эти дурацкие мысли и волнения. - Что же, раз вы с нами, осмелюсь вас ознакомить с нашими правилами. У нас не принято нападать на первого попавшегося и провоцировать его на поединок, если этот самый попавшийся сам того не потребует. Поэтому, если встретите какого-то неизвестного, будьте с ним учтивы - возможно, он заинтересуется нашим отношением и примкнет к нам. Что же насчет Самайна... Кхесов, Тони и прочих имен, - Аз еще раз взвесил надобность этого правила, но все же озвучил. - ...когда мы только собрались все вместе, было принято решение, что раз уж мы пошли покорять новые земли, то и жизнь должна начаться новая. Поэтому мы посчитали уместным не упоминать о прошлом и даже взяли себе другие имена. Соглашусь, звучит глуповато, но то дает нам хоть небольшое, но ощущение, что мы действительно зажили другой жизнью, - волк даже как-то приторно улыбнулся. - Поэтому, если и вас это не затруднит, подумайте над всем этим и сообщите новые имена, которые ознаменуют начало вашего нового пути. А вот и пещера, кстати, - где-то в метрах тридцати перед зверями разверглось огромное черное зево пещеры.
Спустившись по каменной тропинке вниз, Азазель примостился у выхода, ожидая своих спутников.
- Я никогда не заходил глубже видимого, поэтому не обессудьте - показать все ее прелести я не смогу, - виновато прижал уши и пожал плечами. - Располагайтесь на любом камне, где удобно, чувствуйте себя как дома.

+1

19

пост не учтен системой

Порядок отписи в локации
Первая очередь: >> Герц, >> Гишу, Azazel
Вторая очередь: Данте, Фауст, [MAIN | Rks]

Примечания
Лимит ожидания поста: 4 дня.
Очереди друг с другом не взаимосвязаны, первая очередь находится у самого выхода, в то время как вторая - в глубине пещеры.
Если какой-либо игрок превышает норму ожидания, его очередь можно пропускать.

w

0

20

Гиены и волк достаточно быстро выбрались из Зелёной расщелины, при этом не растеряв оставшийся состав и не покалечившись, хотя в этой горной местности можно было свободно порезать подушечки лап об острые кромки горных пород или подвернуть саму лапу, что может быть куда хуже пореза. Но это было лишь малой частью опасностей перехода. Теперь, когда звериное трио двигалось по горной тропе, напоминающей собой серпантин, любого тут поджидала куда большая опасность. В ночное время даже звериное зрение могло подвести любого и несчастный мог с легкостью рухнуть вниз вместе с грудой камней, осыпавшихся от края горной тропы. Высоты хватало, чтобы умереть наверняка и с запасом, причём даже уже будучи мёртвым, как их провожатый. И таких обвалоопасных мест встречалось немало, однако чем ближе они приближались ко входу в пещеру, тем тропа становилась шире и опасных участков на ней становилось всё меньше. Очевидно, сюда местное зверьё заглядывает регулярно – вот и натоптали за многие-многие годы. Тут встречалось множество следов с преобладанием волчьих, судя по форме и аромату. Чуткий нос следопыта различил даже пару совсем свежих следов. Судя по их направлению и четкости запаха, определенно, здесь совсем недавно прошла пара волков.  Запах следа волков отдавал смертью и чем-то посторонним, как у Азазеля, Самайна и Кали. Это были мертвые волки. Скорее всего, прошли они в пещеру и в данный момент должны находиться там, поскольку обратных следов этих особей тут не имелось. Нюх и умение читать следы не позволяли ошибиться Герцу. Оставалось надеяться, что эта пара не имела отношения к надуманному мнительностью гиена сговору Азазеля и возможной ловушке. Однако надежды надеждами, а забывать о бдительности не стоило. Всё-таки бдительность – это такая вещь, пренебрегать которой не только неразумно, но порой и смертельно опасно. Так ему постоянно твердила мать и его мудрый наставник.
Между тем звери коротали время перехода за разговорами. После ответа волка о прошлой жизни Герц сочувствующе вздохнул. Так странно, что ничего в памяти мертвого волка из живой жизни не осталось и он даже не имеет представления, каково это. Но что поделать, зверям не дано понимать, что память заключена в их примитивном мозге, который умирает вместе с владельцем, а вместе с ними умирают и воспоминания. Как-то так, наверное. Но Герц считал иначе, потому и ему это и показалось странным. После Азазель перевел внимание на Гишу и ответил ей примерно по той же теме, отчего Герц вновь вздохнул, причем уже не просто с сочувствием, а искренним сожалением. За что у несчастных мертвецов отняли радости размножения? Это больше всего поразило его, как самца… - Эээх, - с грустью протянул гиен. – Не очень-то  много радостей «жизни» оставил вам этот ваш Кхетс, – И тут морда пятнистого резко поменялась, приняв несколько шутливое и мерзкое выражение, однако не от его привычной ошибки в именах, а от озвученной мысли: - Сам-то небось вовсю плутует у себя на небесах в свободное время… - И даже хихикнул, высоко самооценив свой пошловатый юмор. Но шутки шутками, а дальше их проводник перешел к куда более важному и деловому разговору по поводу вступления в его свору. Следуя наравне с волком, пока это позволяла ширина тропы, Герц внимательно слушал оговорённые правила и, в принципе, со всем был вполне согласен, однако лишь до того момента, пока речь не коснулась пункта с изменением имён. Тут –то Герц и запротестовал, пока только мысленно… Собравшись с мыслями и решимостью, робкий самец заговорил: - Я рад пополнить ваши ряды и согласен с правилами, но… - Герц мешкал секунду-другую и продолжил: - Но я не могу отказаться от своего имени, которое даётся матерью раз и навсегда и даётся не просто так. У нас, гиен, мать и вообще самки имеют особое значение. У нас даже божество - самка… Но я не об этом. Я согласен с тем, что теперь начну новую жизнь, в новом клане, а о бывшем могу с успехом забыть, но только не о матери. Сменив имя, данное матерью, я тем самым отрекаюсь от неё, что ни в коем случае не могу себе позволить, - Пятнистый извиняющее посмотрел на Азазеля с немой просьбой об исключении для себя. С этим крокут ничего не мог поделать.
А за важным разговором он даже не заметил, как приблизился ко входу в пещеру и проследовал в неё за Азазелем, спустившись вниз, по каменной тропинке. Осмотревшись, принюхавшись, прислушавшись, Герц отметил для себя, что это была вполне себе обычная пещера, разве что гораздо больших размеров, в отличии от тех, в которых ему приходилось бывать ранее, а так же особенным и диковинным отличием было наличие сети в ней отдельных ходов и коридоров, поскольку в глубине виднелись несколько проходов в «стенках» основного коридора. Закончив осмотр помещения, следопыт устроился неподалёку от Аза – у выхода, не сводя взгляда с глубин пещеры, поскольку всё ещё не забыл, что с посещением данного места их кто-то опередил.

Отредактировано Герц (2015-03-05 21:51:48)

+1

21

Поиски вскоре увенчались успехами, хоть за спиной недовольно вякал белый травник. Летающая тварь изрезала тело хорька и бросила того небрежно на землю. Ты с неким отвращением покрутил головой и вновь оскалившись в улыбке, кивнул башкой на исколоченный труп.
- Если бы ты был еще мельче, та тварь превратила бы тебя во вторую кучку фарша.
Недобро фыркнув, ты покрутил головой. Насмешки насмешками, а чем Кхес не шутит, мало ли эта тварь была здесь ни одна и куча этих летающих выродков способна задрать крупного волка? Нет Данте, не о том ты думаешь. Сейчас нужно найти то, из-за чего здесь началась буча, а потом, по пути следования, грохнуть эту запуганную белую тварь. Зачем же ты стремишься его убить? Тут все просто, ты пока что верен Азазелю, но тащиться без источника кхеской за ним ты не намерен, а пополнить скудные запасы своей воды следует. В прочем, белый явно был глуп, раз после нападения покорно следовал за тобой, а может быть, он попытается тебя скинуть в канаву?
- Тащи свою белую тушу.. - Ты не договорил и замер, в поле зрения крутящейся башки попал странный блеск. - Там есть что-то более интересное, нежели кишки дохлого хорька.
Ты осторожно побрел в сторону странного блеска, что был по левую сторону от туши.

0

22

Хозяин земель повел их обратно, в сторону горного массива, который Гишу имела возможность лицезреть немного ранее, пока она отходила от последствий обвала. Извилистая тропа змеилась вверх – не слишком резко, но поскользнуться на влажной после дождя земле на самом деле ничего не стоило, особенно если не смотреть куда ставишь лапу. А там глядишь и вниз покатишься как навозный шар, попутно ломая себе все ребра... Слушая речь ведущего Гишу бросила мимолетный взгляд вниз, с неуютным чувством дернув ухом – высоты она не то что бы боялась до дрожи, но не особо любила. Не заточены гиены были под горы.
Как оказалось из слов чернобурого, запахи эти не до конца мертвые (или полуживые?) все же чувствуют, но вот событий прошлой жизни не помнят и не могут оставить потомство. Ну что ж, разумная, да даже смехотворная плата за такой ворох полезных приобретений. Как ни крути, удобно все-таки эти шайтаны устроились. Самому б так.
А по мне так это разумная плата за возможность отвязаться от приставучей старушки Смерти, – на миг повернув морду на хихикающего со своей пошлости самца, Гишу одарила того лучезарной и не менее пошловатой улыбкой, – как говорил мой брат: "Одаривая, дух всегда попросит что-то взамен и когда придет черед, будь готов отдать ему это"... Наши шаманы глотку друг другу перегрызли за секрет вечной жизни без фурункулов и детишек. – Осклабившись, гиена задрала голову вверх, рассматривая показавшийся вслед за берёзкой вход.
Огромный темный зев пещеры напоминал Гишу пасть огромного речного сома, лежащего под корягой и поджидающего когда мелкая, глупенькая рыбешка заплывет туда в надежде найти безопасное укрытие.
Забавное сравнение.
О, нам очень даже интересны эти подробности. Не каждый день увидишь ходячих мертвецов, – Гишу поспешила заверить извиняющегося волка в собственном любознательном интересе.
Немногочисленные правила приведенные Азазелем нареканий и какого либо несогласия со стороны крокуты не вызывали, собственно как не вызывал нареканий и курс политики этих зверей, показавшийся ей весьма дальновидным и разумным. Эти странные трупные волки, напоминавшие своим миролюбивым поведением красных псов, по всей видимости, действительно, были не очень многочисленны и только набирали силы, раз решили пойти на этот шаг, вербуя к себе всяких встречных-поперечных... Хитер этот волк, однако.
Но вот последняя фраза заставила гиену нахмуриться. Пустяк пустяком, казалось бы, но Гишу это несколько не нравилось. Герц, словно озвучивая ее мысли, поспешил выразить мысли собственные, не желая отрекаться от собственного имени навсегда.
Здоровенное у вас логово, кра-со-та, – следуя за волком, уважительно растягивая слова проговорила гиена, совершенно искренне дивясь поистине огромным размерам "дома" хозяев. Но в месте с соблюдением традиции уважения к дому хозяина, она не могла не отметить тот отчетливый источник гниловато-чуждого запаха, исходящего откуда-то из глубин пещеры. Такой же запах исходил от шкуры их проводника... Раз встретившись с этим ароматом его уже не так просто вытравить из памяти. Значит быть тут кто-то есть помимо них и надо держать ухо востро. На всякий случай.
Правила уяснила, следовать им согласна, – обозначив свои слова почтительным, медленным кивком, гиена присела на один из камней, – ...Но мой следопыт прав – отказаться от своих имен навсегда мы не можем. Возможно это покажется вам глупым, но мы придаем большое значение собственным именам. Имя нам дается не с рождения, а с первой охоты и каждый из нас добывает себе его так же как и дичь, гордясь им как и первой снятой с добычи шкурой.
Гишу не была особо-то суеверной - собственно "мистицизм" и "Гишу" были понятиями совместимыми примерно так же как "олени" и "раки", то есть крайне плохо. Но так просто отказываться от своего имени гиена все же не хотела... Возможно это были отголоски варварского мировоззрения, а может быть все это из-за того что прошлое все еще управляло ею? Как и шипящее в темных углах ее сознания подспудное желание вернутся и свергнуть царицу? Тлеющая злоба, пряталась в ее сердце обдавая изнутри жгучим желанием, приказывая, повелевая, вернуться, чтобы отомстить. И совершенно не важно каким путем и какова будет цена за эту месть.
Нет, отказаться от своего прошлого, перечеркнуть и забыть о нем навсегда она не могла. По крайней мере сейчас, пока нанесенная ее гордости рана была еще совсем свежа... Другое дело, что пока что нужно было залечь на дно, чтобы их хатун подзабыла о ней. И в этом как нельзя лучше могла бы помочь работа на этих зверей.

Отредактировано Гишу (2015-03-08 15:05:15)

+2

23

Судя по мордам собеседников, им было приятно находиться как и в данном месте, так и в компании Князя. Впрочем, он ведь не принуждал к этому и при случае готов был проститься с гостями, если те вдруг решат покинуть его клан. Азазель, конечно, всячески пытался создать атмосферу такую, чтобы гости наоборот оставались в ней как можно дольше, чтобы потом и вовсе расхотелось уходить, и все потому, что понимал, что он нуждался в них. Гиены - не самые слабые животные, несмотря на то, что волкам Офирита даны богами не самые маленькие параметры, и их помощь в случае чего была на вес золота для Аза. В товарищах-волках он был крайне не уверен, особенно после выходки Самайна, и раз уж на то пошло, решил проникнуться доверием к другим существам. Которым не нужно объяснять популярно, что такое хорошо и что такое плохо. Азу это нравилось.
Идея со сменой имен, однако, гиенам пришлась не по вкусу, хотя этого Князь вполне ожидал. Это - животные со своими законами и традициями, вряд ли они нарушат или захотят их нарушить ради вступления в какой-то там клан. Эти хищники и сами могут прокормиться, и им не обязательно быть в каком-то клане. Азазель это смекнул сразу, поэтому лишь дернул бровями и примирительно улыбнулся:
- Что же, я не хочу настаивать и заставлять вас чувствовать себя некомфортно. Просто нам не свойственно вспоминать о матери - мы не знаем ее, а при "рождении" сами придумывали себе имена. Поэтому вы абсолютно правы, упоминая о таком, и я готов принять это как факт. Но если вы когда-нибудь вдруг решите, что вам нужно что-то поменять, клан с радостью это примет.
Теперь Азу придуманный закон об именах показался еще более бесполезен. Зачем придумывать себе другую жизнь, когда ты все еще помнишь о старой? Ты хочешь от нее избавиться, но новое имя не вычеркнет воспоминаний - твое прошлое все равно останется рядом с тобой. В чем смысл бежать от него?
Всего лишь пары секунд хватило черно-бурому, чтобы обдумать этот вопрос, после чего волк, потянувшись, улегся на брюхо, сложив морду на скрещенные передние лапы. Философия насчет загробной жизни и платы за нее была продолжена Гишу, чему Азазель все же решил поддаться и вылить наболевшее.
- На самом деле, я не до конца понимаю наше предназначение. Зачем давать второй шанс на жизнь, если не помнишь, что было пока ты был жив? Ни родных, ни друзей... А если с ними встретишься, то их и вовсе не узнаешь... Что если... тот же Самайн, например, мой брат? А Кали - моя мать? Я даже не знаю, как бы к этому отнесся, - на морде волка показалась озадаченность, он смотрел куда-то на противоположную стену расфокусированным взглядом. - Соглашусь, быть живым мертвецом - здорово, но... зачем? - красные глаза переместили взгляд на гиен по очереди. - Более того, странно, что такую судьбу получили себе только волки, и никто не знает, могут ли другие животные воскресать, если их окунуть в наш источник пищи...

+3

24

пост не учтен системой

[Герц]
Силясь высмотреть во мгле какую-нибудь интересную фигуру, Герц всё же ловил себя на мысли, что странных встреч на сегодня было достаточно, и лучше бы там, в темноте, никого не было. Однако запахи говорили совсем другое, не слыша мыслей гиены. Эти замысловатые ответвления наверняка были от и до исследованы этими... "волками". Здесь без скипетра  и державы царствовал их запах. Окажись он здесь с Гишу раньше, по спине бы наверняка пробежали мурашки и намекнули бы, что сюда даже при самом сильном дожде соваться не стоило бы. Ну кого бы в здравом уме посетила бы мысль о том, что это место не являлось кладбищем и там, в этой самой мгле, в которой гиен, обладая нынешними знаниями, старался разглядеть движения, не была свалена огромной кучей дюжина разлагающихся трупов? К волкам надо было привыкнуть как можно скорее, чтобы больше не обращать внимания на этот запах. Впрочем, благо, у гиен к мертвечине совсем иное отношение, чем у тех же тигров или львов.
Герцу нужно было выбрать момент, чтобы сесть и начать привыкать. Так, словно это было не растянутое во времени деяние, а так, афёрка, которую можно провернуть за час. Нужно  было из всего свободного времени отобрать специальный момент, когда было бы не лень. А лень ему было, тем не менее, почти всегда. Поэтому Герц, всё ещё участвуя в разговоре, попятился в бок, не выходя из полусидячего положения, к стене и подальше от прохода. Сильный ветер доносил до земли последние капли дождя, который уже не долбил по земле, но ещё не давал о себе забыть. Они отпрыгивали от почвы и выстреливали ему прямо в спину. Противно. Не комфортно. Сыро. Пожалуй, плюс один мертвецам в том, что они не чувствуют перепадов температур. Небось, что ледяной дождь, что парное молоко - для них всё нипочём. Интересно, а когда они мылят друг другу шею, они тоже не чувствуют боли? Но что-то же они должны ощущать. Каковы прохвосты, интересно...
Ответ Азазеля показался Герцу неожиданно приятным. Встретиться с пониманием с первого же раза он никак не надеялся, но хорошо то, что хорошо кончается. Гиен согласно покивал головой и отодвинулся к стене ещё дальше. Теперь меду волком и Гишу было меньше расстояния, чем между ним же и Герцем. Вообще удобно.
- То есть, не признавая прошлого, вы всё же хотите знать ответы на его вопросы? - самец выдавил из себя мысль, просто чтобы поддержать разговор и не остаться безучастным, а сам ещё придвинулся к стене и распластался по земле возле неё, - Странные, - добавил он себе под нос чуть погодя. Этот красноглазый, тем временем, всё болтал, будто специально убаюкивая Герца своим голосом. Отчаянно пытаясь хвататься за фразы, произнесённые волком, Герц всё же улавливал лишь обрывки фраз, сдавая позиции бескрайней лени, которая, наверное, родилась раньше него самого. В конце концов он положил голову на лапы, продолжая усталыми глазами смотреть то в темноту, которая уже находилась сбоку, то на волка. Он сам не заметил, когда провалился в бескрайнюю негу сновидений.

Выведен из игры

G

Отредактировано Game Master (2015-03-15 23:01:39)

+1

25

Все же черный волк не стал настаивать, навязывая свои традиции чуждым его стае животным. Тем более в таком незначительном вопросе, который более походил на мелкую прихоть с их обоюдной стороны... Баловство одно.
Гишу сидела, буравя взглядом клубящуюся в глубине пещеры тьму, держа ее под прицелом. Тьма эта была слишком густа, чтобы рассмотреть тех, кто был скрыт под ее вуалью.
Не подают виду.
Ничто в ее виде на первый взгляд не выражало ментальной напряженности.
Благодарю за понимание, – Гишу склонила морду в почтительном кивке. Неожиданно для себя ей даже стало как то не по себе, от созданий неудобств этому зверю.  Поведением данный волк все больше напоминал ей вожака красных псов – Орейна Орлиного Когтя. Наверное, вежливой сдержанностью и каким-то буддийским спокойствием и благодушной умиротворенностью, за маской которого крылся расчетливый хищник? По крайней мере, Гишу так казалось - она не могла быть полностью  уверенной в том, насколько призма ее восприятия исказила настоящий образ волка. Однако опыт ее учил тому, что не все так просты на первый взгляд, каждый острозубый зверь в первую очередь убийца, каким бы вежливым он ни был.
Интересно, как бы он действовал если бы серый тогда не оставил выбора, кроме как перейти на язык клыков?
Последовав примеру волка, Гишу легла, подогнув под себя передние лапы, на кошачий лад – манера обычная для гиен. В пещере было сухо, шквалистый ветер, озверело кидающий в морду остатки холодной мороси, заставил гиену бросить неприязненный взгляд в ночную даль и лишний раз порадоваться существованию этого места, так кстати оказавшегося в горах, в непосредственной близости от них.
Гишу взглянула на волка - он похоже, долго держал эти мысли в себе. Можно было их понять. Навсегда оторванные от своих корней, дома и предков эти существа вынуждены были начать все заново, с чистого листа. Гишу примерила эту ситуацию на себе. Упасть и встать, заполучив в подарок амнезию... Наверное, первое время это бы выбывало почву из-под ног. Пока не свыкнешься с новым распорядком жизни.
Гиена повернула шею на прикорнувшего у стены Герца, решившего, по обыкновению, передать бразды самого болтливого переговорщика ей и самому мирно отойти от мирских забот.
Предназначение... – протянула она, смотря меж ушей волка, – Шаманы моего дома придают этому слову слишком большой смысл, как будто оно должно определить за них цель, ради которой стоит жить, сняв груз тягостных разбирательств с собственными желаниями, – Гишу лишь качнула головой, прищурив глаза. Очень удобное слово это  "Предназначение"... Удобное для того, чтобы вкладывать его прямо в рот, глаза и уши.
Гишу помолчала десяток секунд и снова заговорила, с ноткой какой-то особой озорной задумчивости, так, будто ее забавляли собственные же мысли:
Порой я смотрю на Небо - наше божество, и думаю: какое ему дело до живущих? Сколько не вглядывайся видно лишь безразличную синюю гладь: какое ей, как и бизону до муравьев, может быть дело до тех, кто копошиться внизу? Что если все что кажется странным, объясняется прозаично? – взглянув в сторону свистящего, шипящего как змея ветра, гиена неопределенно дернула ухом.
Этот источник, откуда вы черпаете силы, похож на водоем? – спросила она погодя горсть секунд.

Отредактировано Гишу (2015-03-17 14:30:36)

+2

26

Азазель увлеченно смотрел на гиен, хотя морда его могла показаться безучастной и незаинтересованной... или отсутствующей? Он с таким размахом затронул тему, которая вызывала вопросы, и не только у него, но наверняка у многих волков Мертвоземья, что готов был потеряться во всех этих бесконечных думах. Ведь ответа на вопрос "зачем мы ожили" нет, а объяснить это одним "предназначением перебить южан" просто невозможно. Кто придумал эту идею? Кому могут мешать южные волки? Да и... кто-то же изначально знал эту цель, кто-то ведь дал ее первому Мертворожденному? Восс, им был Восс... Он наверняка знал все, но скрывался, чтобы случайно не обронить кусочек правды.
Азазель прищурился.
Волк не может сам появляться из озера, полного смлоподобной жидкости, напоминающей по вкусу кровь, но не имеющей никакого запаха. Зверей явно туда кидают... откуда-то. Что если все волки Мертвой Земли ранее жили далеко от этих земель, в разных уголках материка, и по несчастливому стечению обстоятельств стали чьей-то жертвой. Ведь если так подумать, в стае не было ни одного щенка - только рослые и крепкие особи. Само озеро ведь не может с такой дотошностью выбирать, кому жить, а кому нет? В существование Кхеса Азазель тоже не верил - он не привык верить в то, чего не видел своими глазами. Следовательно, есть тот, который ведет этот жесткий отбор. Занятная мысль.
Потерявшийся взгляд вновь обрел внимательность, будучи обращенным на Гишу. Она что-то говорила про "какое дело тому что свыше", и Аз почувствовал одно с гиеной направление мыслей. Только она думала о своей жизни, а волк - о своей, мертвой.
- Да, - Азазель поднял голову, прижав к шее уши - на морде показалась горечь, ему явно было нелегко вспоминать про то, что источника может и не быть, и их поиски - тщетны. - Там, где я жил раньше, источником являлось небольшое озеро. Густая как смола жидкость, черная как уголь... Я все еще не уверен, что в мире есть еще одно такое озеро, но... - отвел задумчиво-огорченный взгляд. - ...попытка - не пытка. Кто-то же должен это сделать, в конце концов. Я собрал с собой тех, кто был готов пожертвовать собой ради этой цели, ради того, чтобы хотя бы кто-то из нас смог дойти до конца, - вновь поднял глаза на гиену, видя, что та смотрит куда-то на выход, пристально заглянул ей в блестящие от мало-мальского света глаза; интересно, понимает ли она, о чем говорит Азазель. - И очень жаль, что обычная еда, которой питаются живые существа, для нас приемлемой не является - нам бы не пришлось искать то, чего, возможно, нет. Впрочем, - волк буднично улыбнулся, распластав уши по сторонам. - ...мы, так или иначе, можем помочь друг другу.
Здесь Гишу могла бы вопросительно посмотреть на своего теперь уже состайника и заметить в его взгляде хитринку - Азазель явно хотел о чем-то намекнуть ей, но не торопился озвучить это вслух.

+3

27

Занятные вещи говорил волк. Смоляное озеро... "Вещество, заменяющее кровь и ядовитое для насекомых," – припомнила она скупые слова черно-бурой волчицы, раздавшиеся тут же в голове с невозмутимой интонацией. У красношкурой была на диво хорошая память, особенно если это затрагивало то что было нужно и важно или, по крайней мере, казалось ей таким. 
А интере-еесно, аж внутри свербит посмотреть на это загадочное озеро вблизи. Да и у кого бы не свербело? Тут бы, наверное, и старая, толстая, индифферентная до жизни гиена с залысинами на башке, навострилась – а что, значит, бессмертия эликсир да целый пруд? Чего бы и не проверить на токсичность. Тут уж только дурак бы не засвербелся.
Жадные, жадные думы на миг тенью промелькнули в голове крокуты, что могли выдать лишь алчно блеснувшие во тьме глаза на обращенном в слух квадратном, тяжелом и грубом монолите темной морды.
Разбойница интересовалась.
Вдоволь насмотревшись на мокрые каменистые красоты - по горло хватило десятка секунд, гиена повернула морду на куда более занимательного и, надо сказать, приятного в общем собеседника, совершенно предсказуемо перекрестившись взглядом с волчьими зрачками. Зрачки эти смотрели невозмутимо-вежливо и в то же время с какой-то неподвижной цепкостью глядящего в небо перепелятника. Вежливо ушли с перекрестия.
Бойницы.
Гишу склонила голову, направив теперь оба уха прямо вперед - свидетельство того, что говорившего она внимательно, со всей отпущенной ей духами искренностью, слушает. И ведь не кривила душой.
Значит, фуражиры-исследователи. Смельчаки, кони, осмелившиеся на свой страх и риск отойти от мельчающего, но пока еще стабильного оазиса, посреди пустынной степи. Что-то до боли похожее было в их судьбах и ее, мелькающие отблески слов перекликались с ее совсем еще недавним, не зажившим прошлым. Все они тоже были конями... Конями скачущими от пожара, от дурости жеребца из-за которой весь табун в итоге сверзится в пропасть.
Но зачем, спрашивается, было возводить эту традицию со сменой имен, излучающую некий, очень определенный символизм? Который всегда значит одно и тоже - "Навсегда умер для прошлого, перекован для новых нужд". И клеймо сверху, новый многозначительный значок.
Блестящий.
...Не очень то они и хотели возвращаться к своим сородичам, вот что, раз даже на божество свое плевать хотели. По крайней мере этот, черный с угольками, который верховодит у них, и эту кашу, по-видимому, и заварил. Нет, "просто" разведчик не будет посылать быку под хвост свое прошлое и ворох привычных вещей, связей, наконец. Раз эта мертвая водица для них - главный ресурс, то обладание им значит власть. Может не поделил что с вожаком? Или в конец опостылела им жизнь там, на родине, аж до тошнотного скрежета зубов?
"Знакомо," – подумала Гишу. В целом, не ее гиенье дело. Интересно, сколько они могут жить так, не испив своей воды? И как быстро затягиваются у них раны? Кровотечение в таком случае для них, выходит, гораздо опаснее? Вот это уже куда интереснее и больше пригодится в быту.
Их цели пока были были схожими - выжить, и вместе с тем не пересекались в тех острых местах, которые обычно приводят к конфликту. Пока, по крайней мере. Им было нужно то, что не нужно ей, ей было нужно то, что не нужно им. Чем не идеальные, хех, союзники? Песня мертвого и живого. Союз красной крови и черной. Сухого цветка бессмертника и красного мака. Сим-би-оз, о как...   
Гиена зацепившаяся было, запутавшаяся в улыбке черношкурого, перехватила обращенный на нее лукавый, многозначащий взгляд угольков и утвердительно, но не с солдатским громкогласно-торжественным энтузиазмом, а как-то внимательно упершись в глаза собеседника, сказала:
Можем и будем,"потому что и выбор то у нас невелик" - подумалось ей, – я понимаю что более всего интересует вас на этой земле, господин... Князь? – Гишу растянула губы в умиротворенной улыбке. Гиена припомнила этот набор почтительно окрашенных звуков сказанных волчицей и показавшийся ей названием чина, в котором волк находился - слово новое, непонятное, но к имени волка не имеющее отношение.

Отредактировано Гишу (2015-03-21 12:31:13)

+2

28

пост не учтен системой

Для Данте и Фауста
Нет, ничего сверхъестественного Данте не обнаруживает, подходя к блестщему предмету. Это оказывается просто небольшой прозрачный камешек зелёного цвета. Неизвестно, как он попала сюда: может, тут по всей сети тоннелей разбросаны такие, а может его сюда и занесли случайно... В любом случае, такая блестучка вряд ли окажется шибко полезным волкам. Теперь в пещерах ничего не блестит более и не шумит.
Фауст тоже обнаруживает раодранного хорька. Его убила та тень, та самая ужасная тень, что вылетила внезапно из глубин Драконьих некоторое время назад. Тени жестоки, они не прощают неповиновения. Белыш следует дальше, на примеченный блеск, но, как уже было сказано, там ничего такого интересного. Тогда волк продолжает своё движение вперёд.
Там, дальше, вырисовывается развилка и слышно, как что-то немного поскрипывает, а в одном из проходов даже присутствует тот же блеск, только в больших количествах. Фауст следует на свет, в левый проход. И ошибается. Тишину вдруг разрывает треск и грохот, начинают сыпаться мелкие камешки, но волк уже не успеет сбежать. В следующее мгновенье с диким грохотом в проход, куда отправился Белыш, падает множество валунов, то ли отрезая бедному травнику путь обратно, то ли и вовсе погребая под собой. В любом случае, Фаусту больше никогда оттуда не выбраться. Крылан предупреждал его.
Данте остаётся один на один с неизведанными и опасными лабиринтами Драконьих пещер.

Фауст мёртв (оговорено)

Примечание: группа у входа может расслышать приглушенный грохот из глубин пещеры

Rks

0

29

Видел и в глазах Гишу что-то хитренькое Азазель, да только не мог понять, что именно. Да, у гиены тоже были причины примкнуть к волчьему сообществу, о которых знали обе стороны. Азу же требовались крепкие взаимоотношения, которые не придется строить на лжи и чрезмерной гибкости. Впрочем, ложь Азазеля никогда не была стопроцентной ложью, да и чисто "ложью" его слова нельзя было называть. Просто волк подавал свои мысли так, как того ожидали его собеседники, и если для этого требовалось присластить информацию чем вкусным, он не чурался этого.
В нынешнем случае у Князя действительно были мотивы проникнуться к Гишу доверием и заручиться ее поддержкой. Все как никогда просто - ей не нужно пить Кхесскую воду, чтобы жить. А зубы хищника способны убивать кого угодно. Напрямую это нельзя было сказать, дабы Гишат не подумала, что ее просто используют для своих корыстных целей, но процесс внедрения в ее доверие останавливать было ну просто нельзя. У Князя просто не оставалось других "зубов", кроме нее, столь внезапно подаренной судьбой.
Но не успел даже толком отреагировать на слова Гишу, как из недр пещеры послышалось что-то непонятное. Фауст и Данте были здесь, может, обоих засыпало камнями... Было бы счастье избавиться от Фауста, заодно восполнить его жизнью свой скудненький запас черной воды... Азазель навострил уши и привстал на передних лапах в напряжении.
- Что это? - самопроизвольно выпалил тихонько Князь, всматриваясь в чрево пещеры. - Обвал?
Вполне истинное беспокойство нарисовалось на морде черно-бурого и он едва воздержался от желания пулей броситься к чернеющую глубину пещеры.
Это желание было обусловлено не столько интересом, сколько желанием увидеть расплющенное под камнями тельце белошкурого травника, который и был для Азазеля источником проблем. У Фауста были просто серьезнейшие проблемы с дисциплиной... как и у Самайна. Дикого на них всех нет.
- Гишу, думаю стоит расшевелить нашего друга - нужно быть начеку. Я посмотрю, что там произошло, и вернусь. Как только убежусь, что все живы - там остались наши состайники...
Морда Князя устремилась на гиену, его зеленые глаза выдавали испуг и волнение. Впрочем, фразу волк построил так, чтобы гиена сама могла понять, что он тем самым зовет ее за собой - им же нужно спасти других волков... Хотя Гишу может показаться, что все это - лишь подстроенная, хорошо сыгранная драма, ради того, чтобы усыпить ее бдительность и убить ее. В конце концов, она ведь смертная и ей нужен сон...
Предугадав ход подобных мыслей, Азазель, сделав три прыжка вглубь, обернулся.
- Пожалуйста, если не хотите пострадать, оставайтесь здесь, - и торопливой рысью последовал дальше, внимательно осматривая стены и ходы.

+2

30

пост не учтен системой

>> Самайн

Половину дороги волк предпочитал молчать. Ему, в общем-то, было неловко вставлять свои заумные вопросы посреди траура, который буквально въелся, по его мнению, в морду тигрицы. Он понимал, что произошло нечто страшное, такое, что не терпит многотомных рассказов и многоминутных обсуждений. От этого становилось, мягко говоря, не по себе. Силясь списать это на усталость, волк только перед самыми пещерами заговорил с тигрицей:
- Я думаю, ты понравишься вожаку. Волку добродушно заулыбалась, силясь передать эту энергетику своей напарнице и легким кивком предложил следовать в таинственные глубины ходов.
Спустя каких-то минут десять пути в извилистых коридорах, Самайн натыкается на запах Азазеля и уже с большей уверенностью начинает продвигаться вперед.
Еще несколько минут и он глазами встречается с Гишу. Сощурившись и немного покосившись на полосатую спутницу, изрек:
- Привет. Простодушие заиграло на морде яркими красками. Зря волки и иные существа не ценят простаков, с ними куда проще жить, чем с замудреными созданиями.
Запах уводил Самайна вперед, но он посчитал нужным переспросить:
- А где же вожак? Вперед ушел? Ну, я так и думал. Сам спросил - сам ответил. Универсальный собеседник, который подойдет молчунам и просто ленивым личностям.
- Вы это, познакомьтесь пока, а я быстро ... И дернул вперед. При том через минуту послышались выкрики имени альфы.

WT

0


Вы здесь » Наследие | Волчья Песнь » Нижний Тэмен » Драконьи пещеры